Бинарная стратегия «Cornu Copiae» для Н1

Список надежных брокеров бинарных опционов за 2020 год:

Как торговать криптовалютой на бинарных опционах

Мы не рекомендуем новичкам торговать криптовалютой на бинарных опционах. Для этого не разработано специальных индикаторов, технический и фундаментальный анализы не работают, а чужие рекомендации на практике применить нельзя. Единственный вариант — добавить в существующую стратегию метод Мартингейла и положить несколько миллионов на депозит. Подробней об этом читайте в статье «Как торговать биткоином на бинарных опционах».

Мы проанализировали, что по этому поводу думают коллеги на других сайтах. Практически все статьи построены по такому сценарию:

  • сначала рассказывают, что такое криптовалюта;
  • потом переключаются на бинарные опционы;
  • далее делают открытие – можно круглосуточно торговать бинарными опционами на криптовалюту;
  • предоставляют рейтинг брокеров бинарных опционов 2020;
  • описывают несколько примитивных стратегий;
  • призывают использовать примитивные системы на волатильном криптовалютном рынке.

Помимо этого стандартного описания мы нашли несколько правил, которые мы хотели бы прокомментировать.

Стереотип № 1. На криптовалютном рынке действует глобальный тренд

Не стоит путать глобальный тренд с истерикой, которая наблюдалась большую часть 2020 года. Как только эмоции прошли – все криптовалюты начали двигаться с откатами и большую часть времени пребывать в состоянии флэта.

Сильные тренды формируют новости, которые обычный пользователь не может отследить и правильно интерпретировать. Поэтому криптовалюта такой же непредсказуемый актив, как и другие биржевые инструменты. Следовательно, на легкие деньги и торговлю в одном направлении рассчитывать не стоит.

Стереотип № 2. Следите за биткоином, поскольку его движение повторяет большинство криптовалют

В 2020 году большинство популярных цифровых монет повторяют общую динамику биткоина. Однако, отслеживать такую корреляцию удобно на недельном или месячном графике. Если определять закономерность внутри дня, то из-за слишком большой погрешности заработать на этом не получится:

  • вы увидите колебания биткоина;
  • выберите другую криптовалюту, войдете в сделку и на свое усмотрение выставите период экспирации;
  • если биткоин до закрытия сделки сделает новое колебания в противоположную сторону, то внести поправки в открытую позицию вы не сможете;
  • поскольку повышенная волатильность наблюдается на биткоине постоянно, трейдер будет часто ошибаться и терять деньги.

В будущем корелляция между биткоином и прочими активами будет снижаться. Инвесторы постепенно переключаться на новые криптовалюты, в которых заложены более перспективные технологии.

Стереотип № 3. С максимальным периодом экспирации больше шансов заработать

На бинарном рынке 98% сделок проходят внутри дня. Учитываю высокую волатильность любой криптовалюты, рекомендовать удлиненную экспирацию бесполезно. Вы просто дольше пробудете в сделке, но итоговый результат никак не измените. Напомним, что для получения прибыли здесь потребуется подключить метод Мартингейла.

Заключение

Криптовалюта – это популярный актив, который сложно прогнозировать и использовать для системного заработка. Он подходит только для двух категорий трейдеров:

  • для тех, кто пользуется непрерывным криптовалютным графиком и учиться торговать на демо-счете по выходным;
  • для тех, кто не боится потерять свои деньги и готов торговать по Мартингейлу.

Если вы не согласны с нашими аргументами – поделитесь своим мнением в комментариях. Нам важно, чтобы вы не теряли деньги впустую.

Российские брокерские платформы:

9bec681856fecc087b1e0b7e79558a69

Share in social networks

Leave a Reply Cancel reply

This site uses functional cookies and external scripts to improve your experience.

Privacy Settings

This site uses functional cookies and external scripts to improve your experience. Which cookies and scripts are used and how they impact your visit is specified on the left. You may change your settings at any time. Your choices will not impact your visit.

NOTE: These settings will only apply to the browser and device you are currently using.

Enquiry Form

This site uses cookies to assist with navigation and your ability to provide feedback, analyze your use of our website and services, assist with our promotional and marketing efforts and provide content from third parties. For more details and to update your settings please go to our cookie policy. You may also close and continue without consent.

Мудрые люди, мудрые мысли

Книги

anGel21, 21.11.2006 — 9:37

A contrario
От противного
В логике – метод доказательства, заключающийся в доказательстве невозможности положения, противоречащего доказываемому.

Ab ovo usque ad mala
«От яиц до яблок», т. е. от начала и до конца
Обед у древних римлян обычно начинался с яйца и заканчивался фруктами.

Abyssus abyssum invocat
Бездна взывает к бездне
Подобное влечет за собой подобное или одно бедствие влечет за собой другое бедствие.

Ad notam
«Для заметки», к сведению

Ad patres

“К праотцам”, т. е. на тот свет , Библия, книга царств, 4, 22, 20

Aditum nocendi perfido praestat fides
Доверие, оказываемое вероломному, дает ему возможность вредить
Сенека , “Эдип”

Advocatus diaboli
Адвокат дьявола
В расширенном смысле адвокат дьявола – защитник безнадежного дела, в которое не верит сам защищающий его.

Alea jacta est
«Жребий брошен», нет пути назад, все мосты сожжены
В 44 г. до н. э. Юлий Цезарь принял решение захватить единоличную власть и перешел с войсками реку Рубикон, тем самым нарушив закон и начав войну с римским сенатом.

Aliis inserviendo consumor
Служа другим расточаю себя
Надпись под свечой как символ самопожертвования, приводившаяся в многочисленных изданиях собраний символов и эмблем.

Amicus Socrates, sed magis amica veritas

Сократ мне друг, но истина дороже
Выражение восходит к Платону и Аристотелю.

Amor non est medicabilis herbis
Любовь травами не лечится, т. е. нет лекарства от любви
Овидий , “Героиды”

Anni currentis

Текущего года

Anno Domini
От рождества Христова, в лето господне
Форма обозначения даты в христианском летосчислении.

Ante annum

В прошлом году

Aquila non captat muscas

Орел не ловит мух , Латинская пословица

Asinus Buridani inter duo prata

Буриданов осел
Человек, колеблющийся в выборе между двумя равнозначными возможностями. Считается, что философ Буридан, доказывая несостоятельность детерминизма, приводил следующий пример: голодный осел, по обе стороны от которого лежат две одинаковые и равноудаленные охапки сена, не сможет предпочесть ни одну из них и в конечном итоге умрет с голоду. В сочинениях Буридана этот образ не найден.

Aurea mediocritas
Золотая середина
Формула практической морали, одно из основных положений житейской философии Горация, нашедшей выражение в его лирике; употребляется также для характеристики посредственных людей.
Гораций

Auribus tento lupum

Держу волка за уши
Нахожусь в безвыходном положении. , Латинская поговорка

Aut Caesar, aut nihil
Или Цезарь, или ничто
Ср. русск. Или пан или пропал. Источником девиза послужили слова римского императора Калигулы, который объяснял свою неумеренную расточительность тем, что “жить надо либо во всем себе отказывая, либо по-Цезарски”.

Ave Caesar, imperator, morituri te salutant
Здравствуй, Цезарь, император, идущие на смерть приветствуют тебя
Приветствие римских гладиаторов, обращенное к императору.

Beati pauperes spiritu, quoniam ipsorum est regnum caelorum
Блаженны нищие духом, ибо им принадлежит царство небесное , Евангелие от Матфея, 5, 3

Benefacta male locata malefacta arbitror
Благодеяния, оказанные недостойному, я считаю злодеяниями
Цицерон

Cadmea victoria

«Кадмова победа», победа, одержанная чрезмерно дорогой ценой и равносильная поражению, или победа, гибельная для обеих сторон
Выражение возникло на основе предания о поединке в борьбе за Фивы, основанные Кадмом, сыновей Эдипа – Этеокла и Полиника. Поединок этот закончился смертью обоих враждующих братьев.

Caesarem decet stantem mori
Цезарю подобает умереть стоя , Сообщение Светония о последних словах императора Веспасиана

Calamitas virtutis occasio
Бедствие – пробный камень доблести
Сенека

Cantus cycneus
Лебединая песня
«Он говорит, что подобно тому как лебеди, почуившие от Апполона, которому они посвящены, дар пророчества, предвидят, каким даром будет для них смерть, и умирают с пением и с радостью, — та же должны поступать и все добрые и мудрые».
Цицерон , «Тускуланские беседы», I, 30, 73

Castigat ridento mores

«Смехом бичуют нравы»
Девиз театра комедии (Opera Comique) в Париже. Первоначально – девиз итальянской труппы комического актера Доминика (Dominico Brancolelli) в Париже, сочиненный для нее новолатинским поэтом Сантелем (XVII в.).

Ceterum censeo Carthaginem delendam esse
А кроме того, я утверждаю, что Карфаген должен быть разрушен
Настойчивое напоминание, неустанный призыв к чему–либо. Римский сенатор Марк Порций Катон, о чем бы ему ни приходилось высказывать свое мнение в сенате, прибавлял: “А кроме того, я полагаю, что Карфаген не должен существовать”.

Charta (epistula) non erubescit

Бумага (письмо) не краснеет

Citius, altius, fortius!

Быстрее, выше, сильнее!
Девиз олимпийских игр, принятый в 1913 году Международным Олимпийским Комитетом (МОК).

Clipeum post vulnera sumere

Взяться за щит после ранения
Ср. русск. После драки кулаками не машут.

Cloaca maxima
Великая клоака, великая помойная яма
В древнем Риме – большой канал для отвода городских нечистот.

Cogitations poenam nemo patitur
Никто не несет наказания за мысли , Одно из положений римского права (Дигесты)

Cogito, ergo sum
Я мыслю, следовательно я существую
Положение, исходя из которого французский философ и математик Декарт пытался построить систему философии, свободную от элементов веры и основанную всецело на деятельности разума.
Рене Декарт , «Начала философии», I, 7, 9

Concordia parvae res crescunt, discordia maximae dilabuntur

При согласии (и) малые государства (или дела) растут, при раздорах (и) великие разрушаются
Саллюстий , «Югуртинская война»

Conscientia mille testes
Совесть – тысяча свидетелей , Латинская поговорка

Consuetudo est altera natura

Привычка – вторая натура
«Привычкой создается как бы некая вторая натура»
Цицерон , «О высшем благе и высшем зле», V, 25, 74 (в изложении взглядов философов эпикурейской школы)

Cornu copiae
Рог изобилия
Происхождение выражения связано с греческим мифом о богине Амалтее, вскормившей младенца Зевса молоком козы. Коза обломила свой рог о дерево, и Амалтея, наполнив его плодами, поднесла Зевсу. Впоследствии Зевс, низвергнув своего отца, Кроноса, превратил вскормившую его козу в созвездие и ее рог в чудесный «рог изобилия».
Овидий , «Фасты»

Corruptio optimi pessima
Падение доброго – самое злое падение

Credat Judaeus Apella
«Пусть этому верит иудей Апелла», т. е. пусть верит кто угодно, только не я
Гораций , «Сатиры»

Credo, quia verum
Верю, потому что нелепо
Формула, ярко отражающая принципиальную противоположность религиозной веры и научного познания мира и употребляющаяся для характеристики слепой, не рассуждающей веры.

De gustibus non disputandum est
О вкусах не спорят
Ср. русск На вкус и цвет товарища нет.

De mortuis aut bene, aut nihil

О мертвых или хорошо, или ничего
Вероятный источник – изречение Хилона “об умерших не злословыить”.

Decies repetita placebit
И десять раз повторенное будет нравиться
Гораций , “Наука поэзии»

Decipimur specie recti
Мы обманываемся видимостью правильного
Гораций , “Наука поэзии»

Deest remedii locus, ubi, quae vitia fuerunt, mores fiunt
Нет места лекарствам там, где то, что считалось пороком, становится обычаем
Сенека , “Письма”

Delirium tremens
«Дрожательный бред», белая горячка
Острое психическое заболевание, возникающее вследствие длительного злоупотребления спиртными напитками.

Desipere in loco
Безумствовать там, где это уместно
Гораций , “Оды”

Deus ex machina
Бог из машины
Прием античной трагедии, когда запутанная интрига получала неожиданную развязку путем вмешательства бога, появлявшегося посредством механического приспособления.
В современной литературе выражение употребляется для указания на неожиданное разрешение трудной ситуации.

Dies diem docet
День учит день
Краткая формулировка мысли, выраженной в стихе Публилия Сира: «Последующий день – ученик предыдущего дня».

Dies irae, dies illa
Тот день, день гнева
Начало средневекового церковного гимна – вторая часть заупокойной мессы, реквиема. В основе гимна лежит библейское пророчество о судном дне, «Пророчество Софонии», 1, 15.

Diluvii testes
Свидетели потопа (т. е. глубокой древности)
О людях с устаревшими, архаическими взглядами.

Divide et impera
Разделяй и властвуй
Латинская формулировка принципа империалистической политики, возникшая уже в новое время.

Dolus an virtus quis in hoste requirat?
Кто станет разбирать между хитростью и доблестью, имея дело с врагом?
Вергилий , «Энеида», II, 390

Ducunt volentem fata, nolentem trahunt
Желающего идти судьба ведет, нежелающего – влачит
Изречение Клеанфа, переведенное на латинский язык Сенекой.

Dura lex, sed lex
Суров закон, но это закон
Каким бы ни был суровым закон, его следует соблюдать.

Ecce spectaculum dignum, ad quod respiciat intentus operi suo deus
Вот зрелище, достойное того, чтобы на него оглянулся Бог, созерцая свое творение
Сенека , “О провидении”

Edite, bibite, post mortem nulla voluptas!
Ешьте, пейте, после смерти нет никакого наслаждения!
Из старинной студенческой песни. Распространенный мотив античных надписей на надгробиях и застольной утвари.

Ego sum rex Romanus et supra grammaticos
Я римский император и я выше грамматиков
Слова, сказанные, по преданию, на Констанцком соборе императором Сигизмундом в ответ на сделанное ему указание, что, употребив слово schisma в женском роде, он нарушил латинскую грамматику.

Ergo bibamus
Итак, выпьем
Заглавие и приветствие застольной песни Гете.

Esse oportet ut vivas, non vivere ut edas
Надо есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть
Средневековая сентенция, парафразирующая древние изречения Квинтилиана: «Я ем, чтобы жить, а не живу, чтобы есть» и Сократа: «Иные люди живут, чтобы есть, а я ем, чтобы жить».

Et tu quoque, Brute!
И ты, Брут!
Слова, будто бы произнесенные перед смертью Цезарем, заколотым двадцатью тремя мечами заговорщиков.

Etiam innocentes cogit mentiri dolor
Боль заставляет лгать даже невинных
Публилий , “Сентенции”

Ex ipso fonte bibere
«Пить из самого источника», т. е. обращаться к первоисточнику
Цицерон , «Об обязанностях»

Ex malis eligere minima
Из зол избирать наименьшее

Ex nihilo nihil fit
Парафраза основного положения эпикурейской философии у Лукреция

Fac-simile (из fac+simile «сделай подобное»)
Точная копия
Перен. отображение одного явления в другом.

Facilis descensus Averni
Легок путь через Аверн, т. е. путь в подземное царство
Авернское озеро у города Кумы в Кампании считалось преддверием подземного царства.

Feci quod potui, faciant meliora potentes
Я сделал все, что мог, кто может, пусть сделает лучше
Парафраза формулы, которой римские консулы заключали свою отчетную речь, передавая полномочия преемнику.

Fiat lux
Да будет свет
И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. , Библия, книга Бытия, I, 3

Hoc est vivere bis, vita posse priore frui
Уметь наслаждаться прожитой жизнью – значит жить дважды
Марциал , «Эпиграммы»

Homo homini lupus est
Человек человеку – волк
Плавт , «Ослы»

Homo proponit, sed deus disponit

Человек предполагает, а Бог располагает
Восходит к Фоме Кемпийскому, источником для которого послужила Библия, Притчи Соломоновы «Сердце человека располагает его путь, но от Господа зависит направить стопы его».

Igni et ferro
Огнем и железом
Первоисточник выражения восходит к первому афоризму Гиппократа: «Чего не излечивают лекарства, излечивает железо, чего не излечивает железо, излечивает огонь». Цицерон, Ливий использовали выражение «уничтожать огнем и мечом». Бисмарк провозглашал политику объединения Германии железом и кровью. Широкую известность выражение получило после выхода в свет романа «Огнем и мечом» Генрика Сенкевича.

Ignoscito saepe alteri, nunquam tibi
Другим прощай часто, себе – никогда
Публилий , Сентенции

Imperitia pro culpa habetur
Незнание вменяется в вину , Формула римского права

In pace leones, in proelio cervi
Во время мира – львы, в сражении – олени
Тертуллиан , «О венке”

In sensu strictiori
В более узком смысле

In silvam non ligna feras insanius

Меньшим безумием было бы носить в лес дрова
Гораций , «Сатиры»

In vino veritas

Истина в вине
Ср. Плиний Старший: «Общепринято вину приписывать правдивость».

In vitium ducit culpae fuga
Желание избежать ошибки вовлекает в другую
Гораций , «Наука поэзии»

Infelicissimum genus infortunii est fuisse felicem
Величайшее несчастье – быть счастливым в прошлом
Боэций

Intelligenti pauca
Для понимающего достаточно и немногого

Ira furor brevis est
Гнев есть кратковременное умоисступление
Гораций , «Послания»

Is fecit cui prodest
Сделал тот, кому выгодно

Jus primae noctis
Право первой ночи
Обычай, по которому феодал или помещик мог провести первую брачную ночь с невестой любимого своего вассала или крепостного.

Leve fit, quod bene fertus onus
Груз становится легким, когда несешь его с покорностью
Овидий , “Любовные элегии”

Lucri bonus est odor ex re qualibet

Запах прибыли приятен, от чего бы он ни исходил
Ювенал , «Сатиры»

Manus manum lavat
Рука руку моет
Поговорочное выражение, восходящее к греческому комедиографу Эпихарму.

Margaritas ante porcos
Метать бисер перед свиньями
«Не давайте святыню псам; и не мечите жемчужин перед свиньями, да не попрут их ногами и, обратившись, не разорвут вас». , Евангелие от Матфея, 7, 6

Memento mori
Помни о смерти
Форма приветствия, которым обменивались при встрече монахи ордена траппистов, основанного в 1664 году. Употребляется и как напоминание о неотвратимости смерти, и в переносном смысле – об угрожающей опасности.

Nigra in candida vertere
Превращать черное в белое
Ювенал , «Сатиры»

Nihil est ab omni parte beatum
«Нет ничего благополучного во всех отношениях», т. е. полного благополучия нет
Гораций , «Оды»

Nihil habeo, nihil curo
Ничего не имею – ни о чем не забочусь

Nitinur in vetitum semper, cupimusque negata
Мы всегда стремимся к запретному и желаем недозволенного
Овидий , «Любовные элегии»

Non cuivis homini contingit adire Corinthum
«Не всякому человеку удается попасть в Коринф», дорогое не всем доступно
Коринфская гетера* Лаида, славившаяся своей красотой, была доступна только для богачей, съезжавшихся к ней со всей Греции, почему и возникла распространенная у греков поговорка: «поплыть в Коринф не каждому доводится». Однажды к Лаиде тайком приехал Демосфен, но когда она попросила его дать десять тысяч драхм**, он отвернулся со словами: «Я не плачу десять тысяч драхм за раскаяние».
* — в Др. Греции образованная незамужняя женщина, ведущая свободный, независимый образ жизни.
** — приблизительно цена четырех килограмм золота.

Nunc est bibendum
Теперь надо пить
Гораций , «Оды»

O imitatores, servum pecus!
О подражатели, рабское стадо!
Гораций , «Послания»

O sancta simplicitas!

О, святая простота
Фраза приписываемая чешскому реформатору, герою национально-освободительного движения Яну Гусу. По преданию, Гус, сжигаемый на костре, произнес эти слова, когда какая-то старушка из благочестивых побуждений подбросила в костер охапку хвороста.

O tempora! O mores!
О времена! О нравы!
«Речь против Катилины», «О времена! О нравы! Сенат это понимает, консул видит, а он [Катилина] живет»
Цицерон

Oderint dum metuant
Пусть ненавидят, лишь бы боялись
Слова Атрея из названной его именем трагедии Акция. По свидетельству Светония, это было любимейшим изречением императора Калигулы.

Omne ignotum pro magnifico est
Все неизвестное представляется величественным
Тацит , “Агрикола”

Omnia mea mecum porto
Все мое ношу с собой
Когда город Приена был взят неприятелем и жители в бегстве старались захватить побольше из своих вещей, кто-то посоветовал мудрецу Бианту поступить так-же. “Я так и делаю, ведь я все свое ношу с собой”,-ответил он, имея в виду свое духовное богатство.

Optimum medicamentum quies est
Лучшее лекарство покой
Медицинский афоризм, автором которого является римский врач Авл Корнелий Цельс.

Panem et circenses
Хлеба и зрелищ
Возглас, выражавший основные требования римской толпы в эпоху Империи.

Per aspera ad astra

«Через тернии к звездам»; через трудности к высокой цели

Per risum multum debes cognoscere stultum

По частому смеху ты должен узнать глупца , Средневековое поговорочное выражение

Periculum in mora
«Опасность в промедлении», т. е. промедление опасно
Тит Ливий, «История», «Когда уже было больше опасности в промедлении, чем в нарушении воинского порядка, все беспорядочно пустились в бегство».

Persona grata
Желательная личность или лицо пользующееся доверием

Post scriptum (postscriptum) (сокр. P. S.)
После написанного
Приписка в конце письма.

Primus inter pares

Первый среди равных
Формула, характеризующая положение монарха в феодальном государстве.

Pro et contra
За и против

Quae sunt Caesaris Caesari
Кесарево Кесарю
«Воздайте Кесарево Кесарю и Божье Богу» — ответ Иисуса фарисеям, спросившим, следует ли платить Кесарю (т. е. римскому императору) требуемую им плату. , Евангелие от Луки, 20, 25

Qui habet aures audiendi, audiat
Имеющий уши, чтобы слышать, да услышит , Евангелие от Матфея, 11, 15

Qui tacet – consentire videtur

Кто молчит, тот рассматривается как согласившийся
Ср. русск. Молчание – знак согласия.

Quid brevi fortes jaculamur aevo multa?
К чему нам в быстротечной жизни домогаться столь многого?
Гораций , «Оды»

Quot capita, tot sensus
Сколько голов, столько умов
Ср. Теренций, «Формион»: Сколько людей, столько мнений.

Rideamus!
Будем смеяться!

Risus sardonicus

Сардонический смех
По объяснению древних – смех, напоминающий судорожную гримасу, вызываемую отравлением произраставшей на острове Сардинии ядовитой травой.

Salus reipublicae – suprema lex
Благо государства – высший закон
Парафраза от “Благо народа пусть будет высшим законом”.

Salve, maris stella
Привет тебе, Звезда моря
Вариант начальных слов католического церковного гимна «Ave, maris stella» (IX век) – Мария считалась путеводительницей мореходов в силу ошибочного сближения ее имени (древне-еврейское Mirjam) с латинским словом mare «море».

Scio me nihil scire
Я знаю, что ничего не знаю
Латинский перевод вольно истолкованных слов Сократа.
Ср. русск. Век учись, дураком помрешь.

Si vis pacem, para bellum

Если хочешь мира, готовься к войне
Источник – Вегетий. Так же ср. Цицерон: “Если мы хотим пользоваться миром, приходится воевать” и Корнелий Непот: “Мир создается войной”.

Solitudinem faciunt, pacem appelant

Они создают пустыню и называют это миром
Из речи британского вождя Калгака, призывающего своих соплеменников решительно выступить против вторгшихся в их страну римлян.
Тацит , «Агрикола»

Summa summarum
«Сумма сумм», т. е. конечный итог или в общем итоге
В древности словосочетание употреблялось в значении «совокупность вещей» или «мироздание».

Suum cuique
Каждому свое, т. е. каждому то, что ему принадлежит по праву, каждому по заслугам , Положение римского права

Tarde venientibus ossa
Кто поздно приходит – тому кости , Латинская поговорка

Tempus edax rerum

Всепожирающее время
Овидий , “Метаморфозы”

Terra incognita
Неизвестная земля; перен. нечто совершенно неизвестное или недоступная область
На старинных географических картах так обозначались неисследованные части земной поверхности.

Tertium non datur

Третьего не дано; третьего нет
В формальной логике так формулируется один из четырех законов мышления – закон исключенного третьего. По этому закону, если дано два диаметрально противоположных положения, из которых одно утверждает что-либо, а другое, наоборот, отрицает, то третьего, среднего суждения между ними быть не может.

Tibi et igni
«Тебе и огню», т. е. прочти и сожги

Timeo Danaos et dona ferentes
Бойтесь данайцев, даже дары приносящих
Слова жреца Лаокоона, относящиеся к огромному деревянному коню, сооруженному греками (данайцами) якобы в дар Минерве.

Tranquillas etiam naufragus horret aquas

Потерпевший кораблекрушение и тихой воды страшится
Ср. русск. Пуганая ворона и куста боится.
Овидий , «Послания с Понта»

Urbi et orbi
«Городу и миру»; на весь мир, всем и каждому

Usus tyrannus
Обычай – тиран

Varietas delectat

Разнообразие доставляет удовольствие
Федр , «Басни»

Veni, vidi vici
Пришел, увидел, победил
По свидетельству Плутарха, этой фразой Юлий Цезарь сообщил в письме к своему другу Аминтию о победе в сражении при Зеле в августе 47 года до н. э. над понтийским царем Фарнаком.

Victoria nulla est, Quam quae confessos animo quoque subjugat hostes
Настоящая победа только та, когда сами враги признают себя побежденными
Клавдиан , «О шестом консульстве Гонория»

Viva vox alit plenius

«Живая речь питает обильнее», т. е. устно изложенное более успешно усваивается, чем написанное

anGel21, 21.11.2006 — 9:55


Герцог. Французский писатель-моралист. Враждовал с герцогом Ришелье, под влиянием герцогини Лонгевиль принимал участие в движении Фронды (общественное движение 1648 — 1653 против абсолютизма), был ранен. Одной из привязанностей была мадам де Лафайет. Среди произведений — «Мемуары» (1662).
В Мемуарах (Mmoires, 1662) Ларошфуко в присущей ему беспристрастной, независимой манере рассказывает о собственной неудачной роли в событиях Фронды. Этот объективный стиль с еще большим блеском заявил о себе в главном его произведении – Максимах (Размышления, или Моральные изречения и максимы – Rflexions, ou Sentences et maximes morales, 1665. Ларошфуко не первым открыл главную побудительную причину человеческих поступков – скрываемое себялюбие (amoure propre): его оригинальность в том, сколь искусно и метко этот основополагающий принцип иллюстрируется примерами и облекается в изящные лаконичные фразы. Ларошфуко часто называли пессимистом, но он скорее был реалистом, принимавшим общество со всеми его пороками и считавшим принцип всеобщего эгоизма чем-то вроде закона природы, который позволяет объяснить человеческие слабости.

То, что мы принимаем за добродетель, нередко оказывается сочетанием корыстных желаний и поступков, искусно подобранных судьбой или нашей собственной хитростью: так, например, порою женщины бывают порою целомудренны, а мужчины — доблестны совсем не потому, что им действительно свойственны целомудрие и доблесть.

Ни один льстец не льстит так искусно, как себялюбие.

Сколько не сделано открытий в стране себялюбия, там еще осталось вдоволь неисследованных земель.

Ни один хитрец не сравнится в хитрости с себялюбием.

Долговечность наших страстей не более зависит от нас, чем долговечность жизни.

Страсть часто превращает умного человека в глупца, но не менее часто наделяет дураков умом.

Великие исторические деяния, ослепляют нас своим блеском и толкуемые политиками как следствие великих замыслов, чаще всего являются плодом игры прихотей и страстей. Так, война между Августом и Антонием, которую объясняют их честолюбивым желанием властвовать над миром, была, возможно, вызвана просто-напросто ревностью.

Страсти — это единственные ораторы, доводы которых всегда убедительны; их искусство рождено как бы самой природой и зиждется на непреложных законах. Поэтому человек бесхитростный, но увлеченный страстью, может убедить скорее, чем красноречивый, но равнодушный.

Страстям присущи такая несправедливость и такое своекорыстие, что доверять им опасно и следует их остерегаться даже тогда, когда они кажутся вполне разумными.

В человеческом сердце происходит непрерывная смена страстей, и угасание одной из них почти всегда означает торжество другой.

Наши страсти часто являются порождением других страстей, прямо им противоположных: скупость порой ведет к расточительности, а расточительность — к скупости; люди нередко стойки по слабости характера и отважны из трусости.

Как бы мы ни старались скрыть наши страсти под личиной благочестия и добродетели, они всегда проглядывают сквозь этот покров.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Люди не только забывают благодеяния и обиды, но даже склонны ненавидеть своих благодетелей и прощать обидчиков. Необходимость отблагодарить за добро и отомстить за зло кажется им рабством, которому они не желают покорятся.

Милосердие сильных мира сего чаще всего лишь хитрая политика, цель которой — завоевать любовь народа.

Хотя все считают милосердие добродетелью, оно порождено иногда тщеславием, нередко ленью, часто страхом, а почти всегда — и тем, и другим, и третьим.

Умеренность счастливых людей проистекает из спокойствия, даруемого неизменной удачей.

Умеренность — это боязнь зависти или презрения, которые становятся уделом всякого, кто ослеплен своим счастьем; это суетное хвастовство мощью ума; наконец, умеренность людей, достигших вершин удачи, — это желание казаться выше своей судьбы.

У нас у всех достанет сил, чтобы перенести несчастье ближнего.

Невозмутимость мудрецов — это всего лишь умение скрывать свои чувства в глубине сердца.

Невозмутимость, которую проявляют порой осужденные на казнь, равно как и презрение к смерти, говорит лишь о боязни взглянуть ей прямо в глаза; следовательно, можно сказать, что то и другое для их разума — все равно что повязка для их глаз.

Философия торжествует над горестями прошлого и будущего, но горести настоящего торжествуют над философией.

Немногим людям дано постичь, что такое смерть; в большинстве случаев на нее идут не по обдуманному намерению, а по глупости и по заведенному обычаю, и люди чаще всего умирают потому, что не могут воспротивиться смерти.

Когда великие люди наконец сгибаются под тяжестью длительных невзгод, они этим показывают, что прежде их поддерживала не столь сила духа, сколько сила честолюбия и что герои отличаются от обыкновенных людей только большим тщеславием.

Достойно вести себя, когда судьба благоприятствует, труднее, чем когда она враждебна.

Ни на солнце, ни на смерть нельзя смотреть в упор.

Люди часто похваляются самыми преступными страстями, но в зависти, страсти робкой и стыдливой, никто не смеет признаться.

Ревность до некоторой степени разумна и справедлива, ибо она хочет сохранить нам наше достояние или то, что мы считаем таковым, между тем как зависть слепо негодует на то, что какое-то достояние есть и у наших ближних.

Зло, которое мы причиняем, навлекает на нас меньше ненависти и преследований, чем наши достоинства.

Чтобы оправдаться в собственных глазах, мы нередко убеждаем себя, что не в силах достичь цели; на самом же деле мы не бессильны, а безвольны.

Не будь у нас недостатков, нам было бы не так приятно подмечать их у ближних.

Ревность питается сомнениями; она умирает или переходит в неистовство, как только сомнения превращаются в уверенность.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

Если бы нас не одолевала гордыня, мы не жаловались бы на гордыню других.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они ее проявляют.

Природа, в заботе о нашем счастии, не только разумно устроила органы нашего тела, но еще подарила нам гордость, — видимо, для того, чтобы избавить нас от печального сознания нашего несовершенства.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки; мы укоряем их не столько для того, чтобы исправить, сколько для того, чтобы убедить в нашей собственной непогрешимости.

Мы обещаем соразмерно нашим расчетам, а выполняем обещанное соразмерно нашим опасениям.

Своекорыстие говорит на всех языках и разыгрывает любые роли — даже роль бескорыстия.

Одних своекорыстие ослепляет, другим открывает глаза.

Кто слишком усерден в малом, тот обычно становится неспособным к великому.

У нас не хватает силы характера, чтобы покорно следовать всем велениям рассудка.

Человеку нередко кажется, что он владеет собой, тогда как на самом деле что-то владеет им; пока разумом он стремится к одной цели, сердце незаметно увлекает его к другой.

Сила и слабость духа — это просто неправильные выражения: в действительности же существует лишь хорошее или плохое состояние органов тела.

Наши прихоти куда причудливее прихотей судьбы.

В привязанности или равнодушии философов к жизни сказывались особенности их себялюбия, которые так же нельзя оспаривать, как особенности вкуса, как склонность к какому-нибудь блюду или цвету.

Все, что посылает нам судьба, мы оцениваем в зависимости от расположения духа.

Нам дарует радость не то, что нас окружает, а наше отношение к окружающему, и мы бываем счастливы, обладая тем, что любим, а не там, что другие считают достойными любви.

Человек никогда не бывает так счастлив или так несчастлив, как это кажется ему самому.

Люди, верящие в свои достоинства, считают долгом быть несчастными, дабы убедить таким образом других и себя в том, что судьба еще не воздала им по заслугам.

Что может быть сокрушительнее для нашего самодовольства, чем ясное понимание того, что сегодня порицаем вещи, которые еще вчера одобряли.

Хотя судьбы людей очень несхожи, но некое равновесие в распределении благ и несчастий как бы уравнивает их между собой.

Какими бы преимуществами природа ни наделила человека, создать из него героя она может, лишь призвав на помощь судьбу.

Презрение философов к богатству было вызвано их сокровенным желанием отомстить несправедливой судьбе за то, что она не наградила их по достоинствам жизненными благами; оно было тайным средством, спасающим от унижений бедности, и окольным путем к почету, обычно доставляемому богатством.

Ненависть к людям, попавшим в милость, вызвана любовью к этой самой милости. Досада на ее отсутствие смягчается и умиротворяется презрением ко всем, кто ею пользуется; мы отказываем им в уважении, ибо не можем отнять того, что привлекает к ним уважение всех окружающих.

Чтобы упрочить свое положение в свете, люди старательно делают вид, что оно уже упрочено.

Как бы ни кичились люди величием своих деяний, последние часто бывают следствием не великих замыслов, а просто случайностью.

Наши поступки словно бы рождаются под счастливой или несчастливой звездой; ей они и обязаны большей частью похвал или порицаний, выпадающих на их долю.

Не бывает обстоятельств столь несчастных, чтобы умный человек не мог извлечь из них какую-нибудь выгоду, но не бывает и столь счастливых, чтобы безрассудный не мог обратить их против себя.

Судьба все устраивает к выгоде тех, кому она покровительствует.

Счастье и несчастье человека в такой же степени зависит от его нрава, как и от судьбы.

Искренность — это чистосердечие. Мало кто обладает этим качеством, а то, что мы принимаем за него, чаще всего просто тонкое притворство, цель которого — добиться откровенности окружающих.

За отвращением ко лжи нередко кроется затаенное желание придать вес нашим утверждениям и внушить благоговейное доверие к нашим словам.

Не так благотворна истина, как зловредна ее видимость.

Каких только похвал не возносят благоразумию! Однако оно не способно уберечь нас даже от ничтожнейших превратностей судьбы.

Дальновидный человек должен определить место для каждого из своих желаний и затем осуществлять их по порядку. Наша жадность часто нарушает этот порядок и заставляет нас преследовать одновременно такое множество целей, что в погоне за пустяками мы упускаем существенное.

Изящество для тела — это то же, что здравый смысл для ума.

Трудно дать определение любви; о ней можно лишь сказать, что для души — это жажда властвовать, для ума — внутреннее сродство, а для тела — скрытое и уточненное желание обладать, после многих околичностей, тем, что любишь.

Чиста и свободна от влияния других страстей только та любовь, которая таится в глубине нашего сердца и неведома нам самим.

Никакое притворство не поможет долго скрывать любовь, когда она есть, или изображать — когда ее нет.

Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы стыдиться прошедшей любви.

Если судить о любви по обычным ее проявлениям, она больше похожа на вражду, чем на дружбу.

На свете немало таких женщин, у которых в жизни не было ни одной любовной связи, но очень мало таких, у которых была только одна.

Любовь одна, но подделок под нее — тысячи.

Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестает жить, как только перестает надеяться и бояться.

Истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят, но мало кто ее видел.

Любовь покрывает своим именем самые разнообразные человеческие отношения, будто бы связанные с нею, хотя на самом деле она участвует в них не более, чем дож в событиях, происходящих в Венеции.

У большинства людей любовь к справедливости — это просто боязнь подвергнуться несправедливости.

Тому, кто не доверяет себе, разумнее всего молчать.

Мы потому так непостоянны в дружбе, что трудно познать свойства души человека и легко познать свойства ума.

Мы способны любить только то, без чего не можем обойтись; таким образом, жертвуя собственными интересами ради друзей, мы просто следуем своим вкусам и склонностям. Однако именно эти жертвы делают дружбу подлинной и совершенной.

Примирение с врагами говорит лишь об усталости от борьбы, о боязни поражения и о желании занять более выгодную позицию.

Люди обычно называют дружбой совместное времяпрепровождение, взаимную помощь в делах, обмен услугами — одним словом, такие отношения, где себялюбие надеется что-нибудь выгадать.

Не доверять друзьям позорнее, чем быть ими обманутым.

Мы часто убеждаем себя в том, что действительно любим людей, стоящих над нами; между тем такая дружба вызвана одним лишь своекорыстием: мы сближаемся с этими людьми не ради того, что хотели бы им дать, а ради того, что хотели бы от них получить.

Своим недоверием мы оправдываем чужой обман.

Люди не могли бы жить в обществе, если бы не водили друг друга за нос.

Себялюбие увеличивает или умоляет добродетели наших друзей в зависимости от того, насколько мы довольны этими людьми: об их достоинствах мы судим по их отношению к нам.

Все жалуются на свою память, но никто не жалуется на свой разум.

В повседневной жизни наши недостатки кажутся порою более привлекательными, чем наши достоинства.

Самое большое честолюбие прячется и становится незаметным, как только его притязания наталкиваются на непреодолимые преграды.

Вывести из заблуждения человека, убежденного в собственных достоинствах, — значит оказать ему такую же дурную услугу, какую некогда оказали тому афинскому безумцу, который считал себя владельцем всех кораблей, прибывающих в гавань.

Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры.

Громкое имя не возвеличивает, а лишь унижает того, кто не умеет носить его с честью.

Поистине необычайными достоинствами обладает тот, кто сумел заслужить похвалу своих завистников.

Неблагодарность остается неблагодарностью даже и в том случае, когда облагодетельствованный повинен в ней меньше, чем благодетель.

Не прав тот, кто считает, будто ум и проницательность — различные качества. Проницательность — это просто особенная ясность ума, благодаря которой он добирается до сути вещей, отмечает все, достойное внимания, и видит невидимое другим. Таким образом, все, приписываемое проницательности, является лишь следствием необычайной ясности ума.

Все расхваливают свою доброту, но никто не решается похвалить свой ум.

Учтивость ума заключается в способности думать достойно и утонченно.

Изысканность ума сказывается в умении тонко льстить.

Порою в нашем уме рождаются мысли в форме, уже такой отточенной, какую никогда не смог бы придать им, сколько бы ни ухищрялся.

Внимание:  Депозиты в тенге на Биномо как открыть счёт

Ум всегда в дураках у сердца.

Не всякий человек, познавший глубины своего ума, познал глубины своего сердца.

На каждого человека, как и на каждый поступок, следует смотреть с определенного расстояния. Иных можно понять, рассматривая их вблизи, другие же становятся понятными, только если глядеть на них издали.

Умен не тот, кого случай делает умным, а тот, кто понимает, что такое ум, умеет его распознать и любуется им.

Чтобы постичь окружающий нас мир, нужно знать его во всех подробностях, а так как этих подробностей почти бесчисленное множество, то и знания наши всегда поверхностны и несовершенны.

Люди кокетничают, когда делают вид, будто им чуждо всякое кокетство.

Уму не под силу долго разыгрывать роль сердца.

Юность меняет свои вкусы из-за пылкости чувств, а старость сохраняет их неизменными по привычке.

Мы ничего не раздаем с такой щедростью, как советы.

Чем сильнее мы любим женщину, тем больше склонны ее ненавидеть.

К старости недостатки ума становятся все заметнее, как и недостатки внешности.

Бывают удачные браки, но не бывает браков упоительных.

Люди безутешны, когда их обманывают враги или предают друзья, но они нередко испытывают удовольствие, когда обманывают или предают себя сами.

Так же легко обмануть себя и не заметить этого, как трудно обмануть другого и не быть изобличенным.

Сколько лицемерия в людском обычае советоваться! Тот, кто просит совета, делает вид, что относится к мнению своего друга с почтительным вниманием, хотя в действительности ему нужно лишь, чтобы кто-то одобрил его поступки и взял на себя ответственность за них. Тот же кто дает советы, притворяется, будто платит за оказанное доверие пылкой и бескорыстной жаждой услужить, тогда как на самом деле обычно рассчитывает извлечь таким путем какую-либо выгоду или снискать почет.

Притворяясь, будто мы попали в расставленную нам ловушку, мы проявляем поистине утонченную хитрость, потому что обмануть человека легче всего тогда, когда он хочет обмануть нас.

Если мы решим никогда не обманывать других, они то и дело будут обманывать нас.

Мы так привыкли притворятся перед другими, что под конец начинаем притворяться перед собой.

Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера.

Люди делают добро часто лишь для того, чтобы обрести возможность безнаказанно чинить зло.

Мы сопротивляемся нашим страстям не потому, что мы сильны, а потому, что они слабы.

Люди не знали бы удовольствия в жизни, если бы никогда себе не льстили.

Истинно ловкие люди всю жизнь делают вид, что гнушаются хитростью, а на самом деле они просто приберегают ее для исключительных случаев, обещающих исключительную выгоду.

Злоупотребление хитростью говорит об ограниченности ума; люди, пытающиеся прикрыть таким способом свою наготу в одном месте, неизбежно разоблачают себя в другом.

Хитрость и предательство свидетельствуют лишь о недостатке ловкости.

Вернейший способ быть обманутым — это считать себя хитрее других.

Преувеличенная тонкость ведет к пустой щепетильности; только в истинной щепетильности скрыта настоящая тонкость.

Иногда достаточно быть грубым, чтобы избегнуть ловушки хитреца.

Слабость характера — это единственный недостаток, который невозможно исправить.

Легкое поведение — это наименьший недостаток женщин, известных своим легким поведением.

Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных.

Копии хороши лишь тогда, когда они открывают нам смешные стороны дурных оригиналов.

В людях не так смешны те качества, которыми они обладают, как те, на которые они претендуют.

Порою человек так же мало похож на себя, как и на других.

Иные люди потому и влюбляются, что они наслышаны о любви.

Люди охотно молчат, если тщеславие не побуждает их говорить.

Люди скорее согласятся себя чернить, нежели молчать о себе.

Одна из причин того, что умные и приятные собеседники так редки, заключается в обыкновении большинства людей отвечать не на чужие суждения, а на собственные мысли. Тот, кто похитрее и пообходительнее, пытается изобразить на своем лице внимание, но его глаза и весь облик выдают отсутствие интереса к тому, что говорит другой, и нетерпеливое желание вернуться к тому, что намерен сказать он сам. Мало кто понимает, что такое старание угодить себе — плохой способ угодить другому или убедить его, и что, только умея слушать и отвечать, можно быть хорошим собеседником.

Умный человек нередко попадал бы в затруднительное положение, не будь он окружен дураками.

Мы любим похваляться тем, что никогда не скучаем, и так тщеславимся, что боимся прослыть плохими собеседниками.

В то время как люди умные умеют выразить многое в немногих словах, люди ограниченные, напротив, обладают способностью много говорить — и ничего не сказать.

Преувеличивая чужие добродетели, мы отдаем дань не столько им, сколько нашим собственным чувствам: мы ищем похвал себе, делая вид, что хвалим других.

Люди не любят хвалить и никогда не хвалят бескорыстно. Похвала — это искусная, скрытая, изящная лесть, приятная и тому, кто льстит, и тому, кому льстят: один принимает ее как награду за свои достоинства, другой преподносит, чтобы доказать свою справедливость и проницательность.

Мы часто выискивает отравленные похвалы, косвенно открывающие в тех, кого мы хвалим, такие недостатки, на которые мы не осмеливаемся указать прямо.

Мы хвалим других обычно лишь для того, чтобы услышать похвалу себе.

Люди редко бывают достаточно разумны, чтобы предпочесть полезное порицание опасной похвале.

Иные упреки звучат как похвала, зато иные похвалы хуже злословия.

Уклонение от похвалы — это просьба повторить ее.

Жажда заслужить расточаемые нам похвалы укрепляет нашу добродетель; таким образом, похвалы нашему уму, доблести и красоте делают нас умнее, доблестнее и красивее.

Нам легче управлять людьми, чем помешать им управлять нами.

Если бы мы не льстили себе сами, нас не портила бы чужая лесть.

Наделяет нас достоинствами природа, а помогает их проявить судьба.

Судьба исправляет такие наши недостатки, каких не мог бы исправить даже разум.

Иные люди отталкивают, невзирая на все их достоинства, а другие привлекают при всех их недостатках.

Есть люди, все достоинства которых основаны на способности уместно говорить и делать глупости; если бы они изменили поведение, все было бы испорчено.

Слава великих людей всегда должна измеряться способами, какими она была достигнута.

Лесть — это фальшивая монета, которая имеет хождение только из-за нашего тщеславия.

Мало обладать выдающимися качествами, надо еще уметь ими пользоваться.

Любое, даже самое громкое деяние нельзя назвать великим, если оно не было следствием великого замысла.

Деяние и замысел должны соответствовать друг другу, не то заложенные в них возможности так и останутся неосуществленными.

Умение ловко пользоваться посредственными способностями не внушает уважения — и все же нередко приносит людям больше славы, чем истинные достоинства.

В очень многих случаях поведение людей только потому кажется смешным, что причины его, вполне разумные и основательные, скрыты от окружающих.

Человеку легче казаться достойным той должности, которой он не занимает, нежели той, в которой состоит.

Порядочные люди уважают нас за наши достоинства, а толпа — за благосклонность судьбы.

Свет чаще награждает видимость достоинств, нежели сами достоинства.

Скупость дальше от бережливости, чем даже расточительность.

Как ни обманчива надежда, все же до конца наших дней она ведет нас легкой стезей.

Хотя мы храним верность своему долгу нередко лишь из лени и трусости, все лавры за это достаются на долю наших добродетелей.

Нелегко разглядеть, чем вызван честный, искренний, благородный поступок — порядочностью или дальновидным расчетом.

Добродетели теряются в своекорыстии, как реки в море.

Если внимательно присмотреться к последствиям скуки, то окажется, что она заставляет отступать от долга чаще, чем даже своекорыстие.

Есть две разновидности любопытства: своекорыстное — внушенное надеждой приобрести полезные сведения, и самолюбивое — вызванное желанием узнать то, что неизвестно другим.

Было бы куда куда полезнее употребить все силы нашего разума на то, чтобы достойно сносить несчастья, уже случившиеся, нежели на то, чтобы предугадать предугадывать несчастья, которые еще только могут случиться.

Постоянство в любви — это вечное непостоянство, побуждающее нас увлекаться по очереди всеми качествами любимого человека, отдавая предпочтение то одному из них, то другому; таким образом, постоянство оказывается непостоянством, но ограниченным, то есть сосредоточенным на одном предмете.

Постоянство в любви бывает двух родов: мы постоянны или потому, что все время находим в любимом человеке новые качества, достойные любви, или же потому, что считаем постоянство долгом чести.

Постоянство не заслуживает ни похвал, ни порицаний, ибо в нем проявляется устойчивость вкусов и чувств, не зависящая от нашей воли.

К новым знакомствам нас обычно толкает не столько усталость от старых или любовь к переменам, сколько недовольство тем, что люди хорошо знакомые недостаточно нами восхищаются, и надежда на то, что люди мало знакомые будут восхищаться больше.

Мы постоянно жалуемся на друзей, чтобы заранее оправдать непостоянство нашей дружбы.

Наше раскаяние — это обычно не столько сожаление о зле, которое совершили мы, сколько боязнь зла, которое могут причинить нам в ответ.

Иногда непостоянство происходит от незрелости ума, побуждающих человека соглашаться с любым чужим мнением; но есть другого рода непостоянство, более простительное, ибо его порождает отвращение к окружающему.

Пороки входят в состав добродетелей, как яды в состав лекарств; благоразумие смешивает их, ослабляет их действие и потом умело пользуется ими как средством против жизненных невзгод.

К чести добродетели следует все же признать, что самые большие несчастья случаются с людьми не из-за нее, а из-за их собственных проступков.

Мы признаемся в своих недостатках для того, чтобы этой искренностью возместить ущерб, который они наносят нам в мнении окружающих.

Зло, как добро, имеет своих героев.

Мы презираем не тех, у кого есть пороки, а тех, у кого нет никаких добродетелей.

Видимость добродетели приносит своекорыстию не меньшую пользу, чем порок.

Здоровье души не менее хрупко, чем здоровье тела, и тот, кто мнит себя свободным от страстей, так же легко может им поддаться, как человек цветущего здоровья — заболеть.

С самого рождения человека природа, видимо, предопределяет меру его добродетелей и пороков.

Только у великих людей бывают великие пороки.

Можно сказать, что пороки ждут нас на жизненном пути, как хозяева постоялых дворов, у которых приходится поочередно останавливаться, и я не думаю, чтобы опыт помог нам их избегнуть, даже если бы нам было дано пройти этот путь вторично.

Когда пороки покидают нас, мы стараемся уверить себя, что это мы покинули их.

Болезни души так же возвращаются к нам, как и болезни тела. То, что мы принимаем за выздоровление, обычно оказывается либо кратковременным облегчением старого недуга, либо началом нового.

Пороки души похожи на раны тела: как бы старательно их ни лечили, они все равно оставляют рубцы и в любую минуту могут открыться снова.

Всецело предаться одному пороку нам обычно мешает лишь то, что у нас их несколько.

Мы легко забываем свои ошибки, когда они известны лишь нам одним.

Есть люди, в дурные дела которых невозможно поверить, пока не убедишься собственными глазами. Однако нет таких людей, дурным делам которых стоило бы удивляться после того, как мы в них уже убедились.

Мы порою восхваляем доблести одного человека, чтобы унизить другого: так, например, люди меньше превозносили бы принца Конде, если бы не хотели опорочить маршала Тюрена, и наоборот.

Желание прослыть ловким человеком нередко мешает стать ловким в действительности.

Добродетель не достигла бы таких высот, если бы ей в пути не помогало тщеславие.

Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

Люди мнимо благородные скрывают свои недостатки и от других и от себя, а люди истинно благородные прекрасно их сознают и открыто о них заявляют.

Истинно благородные люди никогда ничем не кичатся.

Строгость нрава у женщин — это белила и румяна, которыми они оттеняют свою красоту.

Целомудрие женщин — это большей частью просто забота о добром имени и покое.

Кто стремится всегда жить на виду у благородных людей, тот поистине благородный человек.

Безрассудство сопутствует нам всю жизнь; если кто-нибудь и кажется нам мудрым, то это значит лишь, что его безрассудства соответствуют его возрасту и положению.

Есть глупцы, которые сознают свою глупость и ловко ею пользуются.

Кто никогда не совершал безрассудств, тот не так мудр, как ему кажется.

К старости люди становятся безрассуднее — и мудрее.

Иные люди похожи на песенки: они быстро выходят из моды.

Большинство людей судит о ближних по их богатству или светским успехам.

Жажда славы, боязнь позора, погоня за богатством, желание устроить жизнь удобно и приятно, стремление унизить других — вот что нередко лежит в основе доблести, столь превозносимой людьми.

Для простого солдата доблесть — опасное ремесло, за которое он берется, чтобы снискать себе пропитание.

Высшая доблесть и непреодолимая трусость — это крайности, которые встречаются очень редко. Между ними на обширном пространстве располагаются всевозможные оттенки храбрости, такие же разнообразные, как человеческие лица и характеры. Есть люди, которые смело встречают опасность вначале сражения, но легко охладевают и падают духом, если оно затягивается; другие делают то, чего от них требует общественное мнение, и на этом успокаиваются. Одни не всегда умеют владеть своим страхом, другие подчас заражаются страхом окружающих, а третьи идут в бой просто потому, что не смеют оставаться на своих местах. Иные, привыкнув к мелким опасностям, закаляются духом для встречи с более значительными. Некоторые храбры со шпагой в руках, но пугаются мушкетного выстрела; другие же смело стоят под пулями, но боятся обнаженной шпаги. Все эти различные виды храбрости схожи между собой в том, что ночью, — когда страх усиливается, а тьма равно скрывает и хорошие и дурные поступки, — люди ревнивые оберегают свою жизнь. Но есть у людей еще один способ оберечь себя — и притом самый распространенный: делать меньше, чем они сделали бы, если бы знали наперед, что все сойдет благополучно. Из этого явствует, что страх смерти в какой-то мере ограничивает людскую доблесть.

Высшая доблесть состоит в том, чтобы совершать в одиночестве то, на что люди обычно отваживаются лишь в присутствии многих свидетелей.

Бесстрашие — это необычайная сила души, возносящая ее над замешательством, тревогой и смятением, порождаемыми встречей с серьезной опасностью. Эта сила поддерживает в героях спокойствие и помогает им сохранять ясность ума в самых неожиданных и ужасных обстоятельствах.

Лицемерие — это дань уважения, которую порок платит добродетели.

На войне большинство людей рискует жизнью не больше, нежели это необходимо, чтобы не запятнать своей чести; но лишь немногие готовы всегда рисковать так, как этого требует цель, ради которой они идут на риск.

Тщеславие, стыд, а главное, темперамент — вот что обычно лежит в основе мужской доблести и женской добродетели.

Все хотят снискать славу, но никто не хочет лишиться жизни; поэтому храбрецы проявляются не меньше находчивости и ума, чтобы избежать смерти, чем крючкотворцы — чтобы приумножить состояние.

Почти всегда по отроческим склонностям человека уже ясно, в чем его слабость и что приведет к падению его тело и душу.
[/spoiler]

Показать скрытое содержание

Благодарность подобно честности купца: она поддерживает коммерцию. Часто мы оплачиваем ее счета не потому, что стремимся поступать справедливо, а для того, чтобы впредь люди охотнее давали нам взаймы.

Не всякий, кто платит долги благодарности, имеет право считать себя на этом основании благодарным человеком.

Ошибки людей в их расчетах на благодарность за оказанные ими услуги происходят оттого, что гордость дающего и гордость принимающего не могут сговориться о цене благодеяния.

Чрезмерная поспешность в расплате за оказанную услугу есть своего рода неблагодарность.

Счастливые люди неисправимы: судьба не наказывает их за грехи, и потому они считают себя безгрешными.

Гордость не хочет быть в долгу, а себялюбие не желает расплачиваться.

Если кто-нибудь сделает нам добро, мы обязаны терпеливо сносить и причиняемое этим человеком зло.

Пример заразителен, поэтому все благодетели рода человеческого и все злодеи находят подражателей. Добрым делам мы подражаем из чувства соревнования, дурным же — из врожденной злобности, которую стыд сдерживал, а пример выпустил на волю.

Нет ничего глупее желания всегда быть умнее всех.

Чем бы мы ни объясняли наши огорчения, чаще всего в их основе лежит обманутое своекорыстие или уязвленное тщеславие.

Человеческое горе бывает лицемерно по-разному. Иногда, оплакивая потерю близкого человека, мы в действительности оплакиваем самих себя: мы оплакиваем наши утраченные наслаждения, богатство, влияние, мы горюем о добром отношении к нам. Таким образом, мы проливаем слезы над участью живых, а относим их за счет мертвых. Этот род лицемерия я считаю невинным, ибо в таких случаях люди обманывают не только других, но и себя. Однако есть лицемерие иного рода, более злостное, потому что оно сознательно вводит всех в заблуждение: я говорю о скорби некоторых людей, мечтающих снискать славу великим, неувядающим горем. После того как безжалостное время умерит печаль, которую эти люди некогда испытывали, они продолжают упорствовать в слезах, жалобах и вздохах. Они надевают на себя личину уныния и стараются всеми своими поступками доказать, что их грусть кончится вместе с жизнью. Это мелкое и утомительное тщеславие встречается обычно у честолюбивых женщин. Так как их пол закрывает им все пути, ведущие к славе, они стремятся достигнуть известности, выставляя напоказ свое безутешное горе. Есть еще один неглубокий источник слез, которые легко льются и легко высыхают: люди плачут чтобы прослыть чувствительными, плачут, чтобы вызвать сострадание, плачут, чтобы быть оплаканными, и, наконец, плачут потому, что не плакать стыдно.

Люди упрямо не соглашаются с самыми здравыми суждениями не по недостатку проницательности, а из-за избытка гордости: они видят, что первые ряды в правом деле разобраны, а последние им не хочется занимать.

Горе друзей печалит нас не долго, если оно доставляет нам случай проявить на виду у всех наше участие к ним.

Порою может показаться, что себялюбие попадает в сети к доброте и невольно забывает о себе, когда мы трудимся на благо ближнего. В действительности же мы просто избираем кратчайший путь к цели, как бы отдаем деньги в рост под видом подарка, и таким образом применяем тонкий и изысканный способ завоевать доверие окружающих.

Похвалы за работу достоин лишь человек, у которого хватает твердости характера на то, чтобы иной раз быть злым; в противном случае доброта чаще всего говорит лишь о бездеятельности или о недостатке воли.

Принять людям зло большей частью не так опасно, как делать им много добра.

Ничто так не льстит нашему самолюбию, как доверие великих мира сего; мы принимаем его как дань нашим достоинствам, не замечая, что обычно оно вызвано тщеславием или неспособностью хранить тайну.

Привлекательность при отсутствии красоты — это особого рода симметрия, законы которой нам неизвестны; это скрытая связь между всеми чертами лица с одной стороны, и чертами лица, красками и общим обликом человека — с другой.

Кокетство — это основа характера всех женщин, только не все пускают его в ход, ибо у некоторых оно сдерживается боязнью или рассудком.

Чаще всего тяготят окружающих те люди, которые считают, что они никому не могут быть в тягость.

На свете мало недостижимых вещей; будь у нас больше настойчивости, мы могли бы отыскать путь почти к любой цели.

Высшая ловкость состоит в том, чтобы всему знать истинную цену.

Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.

То, что мы принимаем за благородство, нередко оказывается переряженным честолюбием, которое, презирая мелкие выгоды, прямо идет к крупным.

Преданность — это в большинстве случаев уловка себялюбия, цель которой — завоевать доверие; это способ возвыситься над другими людьми и проникнуть в важнейшие тайны.

Великодушие всем пренебрегает, чтобы всем завладеть.

В звуке голоса, в глазах и во всем облике говорящего заключено не меньше красноречия, чем в выборе слов.

Истинное красноречие — это умение сказать все, что нужно, и не больше, чем нужно.

Одним людям идут их недостатки, а другим даже достоинства не к лицу.

Вкусы меняются столь же часто, сколь редко меняются склонности.

Своекорыстие приводит в действие все добродетели и все пороки.

Смирение нередко оказывается притворной покорностью, цель которой — покорить себе других; это уловка гордыни, принижающей себя, чтобы возвыситься, и, хотя у нее множество личин, она лучше всего маскируется и скорее всего вводит в обман, когда прячется под видом смирения.

У всякого чувства есть свойственные лишь ему одному жесты, интонации и мимика; впечатление от них, хорошее или дурное, приятное или неприятное, и служит причиной того, что люди располагают нас к себе или отталкивают.

Каждый человек, кем бы он ни был, старается напустить на себя такой вид и надеть такую личину, чтобы его приняли за того, кем он хочет казаться; поэтому можно сказать, что общество состоит из одних только личин.

Величавость — это непостижимая уловка тела, изобретенная для того, чтобы скрыть недостатки ума.

Хороший вкус говорит не столько об уме, сколько о ясности суждений.

Счастье любви заключается в том, чтобы любить; люди счастливее, когда сами испытывают страсть, чем когда ее внушают.

Вежливость — это желание всегда встречать вежливое обращение и слыть обходительным человеком.

Воспитание молодых людей обычно сводится к поощрению их врожденного себялюбия.

Ни в одной страсти себялюбие не царит так безраздельно, как в любви; люди всегда готовы принести в жертву покой любимого существа, лишь бы сохранить свой собственный.

В основе так называемой щедрости обычно лежит тщеславие, которое нам дороже всего, что мы дарим.

Чаще всего сострадание — это способность увидеть в чужих несчастьях свои собственные, это — предчувствие бедствий, которые могут постигнуть и нас. Мы помогаем людям, чтобы они, в свою очередь, помогли нам; таким образом, наши услуги сводятся просто к благодеяниям, которые мы загодя оказываем сами себе.

Упрямство рождено ограниченностью нашего ума: мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора.

Ошибается тот, кто думает, будто лишь таким бурным страстям как любовь и честолюбие удается подчинить себе другие страсти. Самой сильной нередко оказывается бездеятельная леность: завладевая людскими помыслами и поступками, она незаметно подтачивает все их стремления и добродетели.

Люди потому так охотно верят дурному, не стараясь вникнуть в суть дела, что они тщеславны и ленивы. Им хочется найти виновных, но они не желают утруждать себя разбором совершенного проступка.

Мы по самым ничтожным поводам обвиняем судей в незнании дела и тем самым не менее охотно отдаем свою честь и доброе имя на их суд, хотя все они нам враждебны — одни из зависти, другие по ограниченности, третьи просто по занятости. Надеясь на то, что эти люди выскажутся в нашу пользу, мы рискуем своим покоем и даже жизнью.

Как бы ни был проницателен человек, ему не постигнуть всего зла, которое он творит.

Слава, уже приобретенная нами, — залог той славы, которую мы рассчитываем приобрести.

Молодость — это постоянное опьянение, это горячка рассудка.

Тому, чьи достоинства уже награждены подлинной славой, больше всего следовало бы стыдиться усилий, которые он прилагает, чтобы ему поставили в заслугу всякие пустяки.

В свете иной раз высоко ценят людей, все достоинства которых сводятся к порокам, приятным в повседневной жизни.

Очарование новизны в любви подобно цветению фруктовых деревьев: оно быстро блекнет и больше никогда не возвращается.

Природное добродушие, которое любит похваляться своей чувствительностью, нередко умолкает, побежденное самым мелочным своекорыстием.

Разлука ослабляет легкое увлечение, но усиливает большую страсть, подобно тому как ветер гасит свечу, но раздувает пожар.

Нередко женщины, нисколько не любя, все же изображают, будто они любят: увлечение интригой, естественное желание быть любимой, подъем душевных сил, вызванный приключением, и боязнь обидеть отказом — все это приводит их к мысли, что они страстно влюблены, хотя в действительности всего лишь кокетничают.

Люди редко бывают довольны тем, кто от их имени вступает в деловые переговоры, так как посредники, стараясь стяжать себе добрую славу, почти всегда жертвуют интересами своих друзей ради успеха самих переговоров.

Когда мы преувеличиваем привязанность к нам наших друзей, нами обычно руководит не столько благодарность, сколько желание выставить напоказ наши достоинства.

Доброжелательность, с которой люди порою приветствуют тех, кто впервые вступает в свет, обычно бывает вызвана тайной завистью к тем, кто уже давно занимает в нем прочное положение.

Гордыня часто разжигает в нас зависть, и та же самая гордыня нередко помогает нам с ней справиться.

Ложь иной раз так ловко прикидывается истиной, что не поддаться обману значило бы изменить здравому смыслу.

Для того чтобы воспользоваться чьим-нибудь здравым советом, подчас требуется не меньше ума, чем для того, чтобы подать здравый совет самому себе.

Опаснее всего те злые люди, которые не совсем лишены доброты.

Великодушие довольно точно определено своим названием; кроме того, можно сказать, что оно — здравый смысл гордости и самый достойный путь к доброй славе.

Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действительно разлюбили.

Мы находим несколько решений одного и того же вопроса не столько потому, что наш ум очень плодовит, сколько потому, что он не слишком прозорлив и, вместо того чтобы остановиться на самом лучшем решении, представляет нам без разбора все возможности сразу.

При некоторых обстоятельствах, точно так же, как при некоторых болезнях, помощь со стороны может иной раз только повредить; требуется большая проницательность, чтобы распознать те случаи, когда она опасна.

Показная простота — это утонченное лицемерие.

В характере человека больше изъянов, чем в его уме.

У людских достоинств, как и у плодов, есть своя пора.

Можно сказать, что у человеческих характеров, как и у некоторых зданий, несколько фасадов, причем не все они приятны на вид.

Умеренность не имеет права хвалиться тем, что она одолевает честолюбие и подчиняет его себе. Умеренность — это душевная бездеятельность и леность, тогда как честолюбие — это живость и горячность, и они никогда не живут вместе.

Мы всегда любим тех, кто восхищается нами, не не всегда любим тех, кем восхищаемся мы.

Мы редко до конца понимаем, чего мы в действительности хотим.

Трудно любить тех, кого мы совсем не уважаем, но еще труднее любить тех, кого мы уважаем больше, чем самих себя.

Соки нашего тела, совершая свой обычный и неизменный круговорот, тайно приводят в действие и направляют нашу волю; сливаясь в единый поток, они незаметно властвуют над нами, воздействуя на наши поступки.

Признательность большинства людей порождена скрытым желанием добиться еще больших благодеяний.

Почти все люди охотно расплачиваются за мелкие одолжения, большинство бывает признательно за немаловажные, но почти никто не чувствует благодарности за крупные.

Иные безрассудства распространяются точно заразные болезни

Многие презирают жизненные блага, но почти никто не способен ими поделиться.

Мы лишь тогда осмеливаемся проявить неверие в силу и влияние небесных светил, когда речь идет о делах несущественных.

Какие бы похвалы нам ни расточали, мы не находим в них ничего для себя нового.

Мы нередко относимся снисходительно к тем, кто тяготит нас, но никогда не бываем снисходительны к тем, кто тяготится нами.

Своекорыстие винят во всех наших преступлениях, забывая при этом, что оно нередко заслуживает похвалы за наши добрые дела.

Пока человек в состоянии творить добро, ему не грозит опасность столкнуться с неблагодарностью.

Воздавать должное своим достоинствам наедине с собою столь же разумно, сколь смехотворно превозносить их в присутствии других.

Умеренность провозгласили добродетелью для того, чтобы обуздать честолюбие великих людей и утешить людей незначительных, обладающих лишь скромным достоянием и скромными достоинствами.

Есть люди, которым на роду написано быть глупцами: они делают глупости не только по собственному желанию, но и по воле судьбы.

Бывают в жизни положения, выпутаться из которых можно только с помощью изрядной доли безрассудства.

Если и есть на свете люди, которые никогда не казались смешными, то это значит лишь, что никто не старался отыскать в них смешные черты.

Любовники только потому никогда не скучают друг с другом, что они все время говорят о себе.

Почему мы запоминаем во всех подробностях то, что с нами случилось, но не способны запомнить, сколько раз мы рассказывали об этом одному и тому же лицу?

Необычайное удовольствие, с которым мы говорим о себе, должно было бы внушить нам подозрение, что наши собеседники его отнюдь не разделяют.

Нашей полной откровенности с друзьями мешает обычно не столько недоверие к ним, сколько недоверие к самим себе.

Люди слабохарактерные не способны быть прямодушными.

Невелика беда — услужить неблагодарному, но большое несчастье — принять услугу от подлеца.

Можно излечить от безрассудства, но нельзя выпрямить кривой ум.

Нам ненадолго хватило бы добрых чувств, которые мы должны питать к нашим друзьям и благодетелям, если бы мы позволяли себе вволю говорить об их недостатках.

Восхвалять государей за достоинства, которыми они не обладают, — значит безнаказанно наносить им оскорбление.

Нам легче полюбить тех, кто нас ненавидит, нежели тех, кто любит сильнее, чем нам хочется.

Боится презрения лишь тот, кто его заслуживает.

Наше здравомыслие так же подвластно случаю, как и богатство.

В ревности больше себялюбия, чем любви.

Слабость характера нередко утешает нас в таких несчастьях, в каких бессилен утешить разум.

Смешное наносит чести больший ущерб, чем само бесчестие.

Признаваясь в маленьких недостатках, мы тем самым стараемся убедить окружающих в том, что у нас нет крупных.

Зависть еще непримиримее, чем ненависть.

Иногда людям кажется, что они ненавидят лесть, в то время как им ненавистна лишь та или иная ее форма.

Пока люди любят, они прощают.

Труднее хранить верность той женщине, которая дарит счастье, нежели той, которая причиняет мучения.

Женщины не сознают всей бесполезности своего кокетства.

Непреклонная строгость поведения противна женской натуре.

Женщине легче преодолеть свою страсть, нежели свое кокетство.

В любви обман почти всегда заходит дальше недоверия.

Бывает такая любовь, которая в высшем своем проявлении не оставляет место для ревности.

Иные достоинства подобны зрению или слуху: люди, лишенные этих достоинств, не способны увидеть и оценить их в окружающих.

Слишком лютая ненависть ставит нас ниже тех, кого мы ненавидим.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему себялюбию.

Ум у большинства женщин служит не столько для укрепления их благоразумия, сколько для оправдания их безрассудств.

Равнодушие старости не более способствует спасению души, чем пылкость юности.

Ум и сердце человека, так же как и его речь, хранят отпечаток страны, в которой он родился.

Чтобы стать великим человеком, нужно уметь искусно пользоваться всем, что предлагает судьба.

Многие люди, подобно растениям, наделены скрытыми свойствами; обнаружить их может только случай.

Только стечение обстоятельств открывает нашу сущность окружающим и, главное, нам самим.

Не может быть порядка в уме и сердце женщины, если ее темперамент с ними не в ладу.

Мы считаем здравомыслящих лишь тех людей, которые во всем с нами согласны.

Когда человек любит, он часто сомневается в том, во что больше всего верит.

Величайшее чудо любви в том, что она излечивает от кокетства.

Мы потому возмущаемся людьми, которые с нами лукавят, что они считают себя умнее нас.

Когда люди уже не любят друг друга, им трудно найти повод для того, чтобы разойтись.

Нам почти всегда скучно с теми людьми, с которыми не полагается скучать.

Человек истинно достойный может быть влюблен как безумец, но не как глупец.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сверкают ярче любых достоинств.

Мы иногда теряем людей, о которых не столько жалеем, сколько печалимся; однако бывает и так, что мы нисколько не печалимся, хотя и жалеем об утрате.

Чистосердечной похвалой мы обычно награждаем лишь тех, кто нами восхищается.

Люди мелкого ума чувствительны к мелким обидам; люди большого ума всё замечают и ни на что не обижаются.

Истинный признак христианских добродетелей — это смирение; если его нет, все наши недостатки остаются при нас, а гордость только скрывает их от окружающих и нередко от нас самих.

Неверность должна была бы убивать любовь, и не следовало бы ревновать тогда, когда к этому есть основания: ревности достоин лишь тот, кто старается ее не вызывать.

Мельчайшую неверность в отношении нас мы судим куда суровее, чем самую коварную измену в отношении других.

Ревность всегда рождается вместе с любовью, но не всегда вместе с нею умирает.

Когда женщина оплакивает своего возлюбленного, это чаще всего говорит не о том, что она его любила, а о том, что она хочет казаться достойной любви.

Иной раз нам не так мучительно покориться принуждению окружающих, как самим к чему-то себя принудить.

Всем достаточно известно, что не подобает человеку говорить о своей жене, но недостаточно известно, что еще меньше ему подобает говорить о себе.

Иные достоинства вырождаются в недостатки, если они присущи нам от рождения, а другие никогда не достигают совершенства, если они благоприобретенные; так, например, бережливость и осмотрительность нам должен внушить разум, но доброту и доблесть должна подарить природа.

Как бы мало мы ни доверяли нашим собеседникам, нам все же кажется, что с нами они искреннее, чем с кем бы то ни было.

На свете мало порядочных женщин, которым не опостылела бы их добродетель.

Почти все порядочные женщины — это нетронутые сокровища, которые только потому в неприкосновенности, что их никто не ищет.

Усилия, которые мы прилагаем, чтобы не влюбиться, порою причиняют нам больше мучений, чем жестокость тех, в кого мы уже влюбились.

Трусы обычно не сознают всей силы своего страха.

Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не заметил.

Юношам часто кажется, что они естественны, тогда как на самом деле они просто невоспитанны и грубы.

Иной раз, проливая слезы, мы ими обманываем не только других, но и самих себя.

Весьма заблуждается тот, кто думает, будто он любит свою любовницу только за ее любовь к нему.

Люди недалекие обычно осуждают все, что выходит за пределы их понимания.

Настоящая дружба не знает зависти, а настоящая любовь — кокетства.

Лишены прозорливости не те люди, которые не достигают цели, а те, которые проходят мимо нее.

Можно дать другому разумный совет, но нельзя научить его разумному поведению.

Все, что перестает удаваться, перестает и привлекать.

Как все предметы лучше всего видны на свету, так наши добродетели и пороки отчетливее всего выступают в лучах удачи.

Верность, которую удается сохранить только ценой больших усилий, ничуть не лучше измены.

Наши поступки подобны строчкам буриме: каждый связывает их с чем ему заблагорассудится.

Наша искренность в немалой доле вызвана желанием поговорить о себе и выставить свои недостатки в благоприятном свете.

Нам следовало бы удивляться только нашей способности чему-нибудь еще удивляться.

Одинаково трудно угодить и тому, кто любит очень сильно, и тому, кто уже совсем не любит.

Как раз те люди, которые во что бы то ни стало хотят всегда быть правыми, чаще всего бывают неправы.

Глупец не может быть добрым: для этого у него слишком мало мозгов.

Если тщеславие и не повергает в прах все наши добродетели, то, во всяком случае, оно их колеблет.

Мы потому так нетерпимы к чужому тщеславию, что оно уязвляет наше собственное.

Легче пренебречь выгодой, чем отказаться от прихоти.

Судьбу считают слепой главным образом те, кому она не дарует удачи.

С судьбой следует обходиться, как со здоровьем: когда она нам благоприятствует — наслаждаться ею, а когда начинает капризничать — терпеливо выжидать, не прибегая без особой необходимости к сильнодействующим средствам.

Мещанские замашки порою складываются в кругу военных, но они всегда заметны при дворе.

Можно перехитрить кого-то одного, но нельзя перехитрить всех на свете.

Порою легче стерпеть обман того, кого любишь, чем услышать от него всю правду.

Женщина долго хранит верность первому своему любовнику, если только не берет второго.

Мы не дерзаем огульно утверждать, что у нас совсем нет пороков, а у наших врагов совсем нет добродетелей, но в каждом отдельном случае мы почти готовы этому поверить.

Мы охотнее признаемся в лености, чем в других наших недостатках; мы внушили себе, что она проистекает из наших миролюбивых добродетелей и, не нанося большого ущерба прочим достоинствам, лишь умеряет их проявление.

Людям иной раз присуща величавость, которая не зависит от благосклонности судьбы: она проявляется в манере держать себя, которая выделяет человека и словно пророчит ему блистательное будущее, а также в той оценке, которую он невольно себе дает. Именно это качество привлекает к нам уважение окружающих и возвышает над ними так, как не могли бы возвысить ни происхождение, ни сан, ни даже добродетели.

Достоинствам не всегда присуща величавость, но величавости всегда присущи хоть какие-нибудь достоинства.

Величавость так же к лицу добродетели, как драгоценный убор к лицу красивой женщине.

В волокитстве есть все, что угодно, кроме любви.

Чтобы возвысить нас, судьба порой пользуется нашими недостатками; так, например, иные беспокойные люди были вознаграждены по заслугам только потому, что все старались любой ценой отделаться от них.

По-видимому, природа скрывает в глубинах нашей души способности и дарования, о которых мы и сами не подозреваем; только страсти пробуждают их к жизни и порою сообщают нам такую проницательность и твердость, каких при обычных условиях мы никогда не могли бы достичь.

Мы вступаем в различные возрасты нашей жизни, точно новорожденные, не имея за плечами никакого опыта, сколько бы нам ни было лет.

Внимание:  Беспроигрышная стратегия бинарных опционов – бывает ли такая. Существует ли ли идеальная стратегия

Кокетки притворяются, будто ревнуют своих любовников, желая скрыть, что они просто завидуют другим женщинам.

Когда нам удается надуть других, они редко кажутся нам такими дураками, какими кажемся мы сами себе, когда другим удается надуть нас.

В особенно смешное положение ставят себя те старые женщины, которые помнят, что когда-то были привлекательны, но забыли, что давно уже утратили былое очарование.

Нередко нам пришлось бы стыдиться своих самых благородных поступков, если бы окружающим были известны наши побуждения.

Величайший подвиг дружбы не в том, чтобы показать другу наши собственные недостатки, а в том, чтобы открыть ему глаза на его собственные.

Любой наш недостаток более простителен, чем уловки, на которые мы идем, чтобы его скрыть.

Каким бы тяжелым позором мы себя не покрыли, у нас почти всегда остается возможность восстановить свое доброе имя.

Не может долго нравится тот, кто умен на один лад.

Дуракам и безумцам весь мир представляется в свете их сумасбродства.

Ум служит нам порою лишь для того, чтобы смело делать глупости.

Горячность, которая с годами все возрастает, уже граничит с глупостью.

Тот, кто излечивается от любви первым, всегда излечивается полнее.

Молодым женщинам, не желающим прослыть кокетками, и пожилым мужчинам, не желающим казаться смешными, следует говорить о любви так, словно они к ней не причастны.

Мы можем казаться значительными, занимая положение, которое ниже наших достоинств, но мы нередко кажемся ничтожными, занимая положение, слишком для нас высокое.

Нам часто представляется, что мы стойки в несчастии, хотя на самом деле мы только угнетены; мы переносим его, не смея на него взглянуть, как трусы, которым так страшно защищаться, что они готовы дать себя убить.

Больше всего оживляет беседы не ум, а взаимное доверие.

Любая страсть толкает на ошибки, но на самые глупые толкает любовь.

Как мало на свете стариков, владеющих искусством быть стариками!

Нам нравится наделять себя недостатками, противоположными тем, которые присущи нам на самом деле: слабохарактерные люди, например, любят хвастаться упрямством.

Проницательность придает нам такой многозначительный вид, что она льстит нашему тщеславию больше, чем все прочие качества ума.

Прелесть новизны и долгая привычка, при всей их противоположности, одинаково мешают нам видеть недостатки наших друзей.

Большинство друзей внушают отвращение к дружбе, а большинство людей благочестивых — к благочестию.

Мы охотно прощаем нашим друзьям недостатки, которые нас не задевают.

Влюбленная женщина скорее простит большую нескромность, нежели маленькую неверность.

На старости любви, как и на старости лет, люди еще живут для скорбей, но уже не живут для наслаждений.

Ничто так не мешает естественности, как желание казаться естественным.

Чистосердечно хвалить добрые дела — значит до некоторой степени принимать в них участие.

Вернейший признак высоких добродетелей — от самого рождения не знать зависти.

Будучи обманутыми друзьями, мы можем равнодушно принимать проявления их дружбы, но должны сочувствовать им в их несчастьях.

Миром правят судьба и прихоть.

Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.

О достоинствах человека нужно судить не по его хорошим качествам, а по тому, как он ими пользуется.

Наша благодарность иногда бывает так велика, что, расплачиваясь с друзьями за сделанное нам добро, мы еще оставляем их у себя в долгу.

У нас нашлось бы очень мало страстных желаний, если бы мы точно знали, чего мы хотим.

Женщины в большинстве своем оттого так безразличны к дружбе, что она кажется им пресной в сравнении с любовью.

В дружбе, как и в любви, чаще доставляет счастье то, чего мы не знаем, нежели то, что нам известно.

Мы стараемся вменить себе в заслугу те недостатки, которых не желаем исправлять.

Даже самые бурные страсти порою дают нам передышку, и только тщеславие терзает нас неотступно.

Старые безумцы еще безумнее молодых.

Слабохарактерность еще дальше от добродетели, чем порок.

Стыд и ревность потому причиняют нам такие муки, что тут бессильно помочь даже тщеславие.

Приличие — это наименее важный из всех законов общества и наиболее чтимый.

Здравомыслящему человеку легче подчиняться сумасбродам, чем управлять ими.

Когда судьба возносит нас сразу на такую высоту, о которой мы не могли и мечтать, то почти всегда оказывается, что мы не в состоянии достойно держаться в новом положении.

Наша гордыня часто возрастает за счет недостатков, которые нам удалось преодолеть.

Нет глупцов более несносных, чем те, которые не вовсе лишены ума.

Нет на свете человека, который не ценил бы любое свое качество куда выше, чем подобное же качество у другого, даже самого уважаемого им человека.

В серьезных делах следует заботиться не столько о том, чтобы создавать благоприятные возможность, сколько о том, чтобы их не упускать.

Никто не прогадал бы, согласившись на то, чтобы о нем перестали говорить хорошо, при условии, что не станут говорить дурно.

Как ни склонны люди к неправильным суждениям, все же несправедливость к подлинным достоинствам они проявляют реже, чем благосклонность к мнимым.

Глупые люди могут иной раз проявить ум, но к здравому суждению они не способны.

Мы выиграли бы в глазах людей, если бы являлись им такими, какими мы всегда были и есть, а не прикидывались такими, какими никогда не были и не будем.

Суждение наших врагов о нас ближе к истине, чем наши собственные.

Существуют разные лекарства от любви, но нет ни одного надежного.

Мы и не представляем себе, на что могут нас толкнуть наши страсти.

Старость — это тиран, который под страхом смерти запрещает нам все наслаждения юности.

Гордыня, заставляющая нас порицать недостатки, которых, как нам кажется, у нас нет, велит нам также презирать и отсутствующие у нас достоинства.

Сочувствие врагам, попавшим в беду, чаще всего бывает вызвано не столько добротой, сколько гордыней: мы соболезнуем им для того, чтобы они поняли наше превосходство над ними.

Существует такая степень счастья и горя, которая выходит за пределы нашей способности чувствовать.

Насколько преступление легче находит себе покровителей, нежели невинность!

Все бурные страсти не к лицу женщинам, но менее других им не к лицу любовь.

Тщеславие чаще заставляет нас идти против наших склонностей, чем разум.

Порою из дурных качеств складываются великие таланты.

Мы никогда не стремимся страстно к тому, к чему стремимся только разумом.

Все наши качества, дурные, равно как и хорошие, неопределенны и сомнительны, и почти всегда они зависят от милости случая.

Когда женщина влюбляется впервые, она любит своего любовника; в дальнейшем она любит только любовь.

У гордости, как и у других страстей, есть свои причуды: люди стараются скрыть, что они ревнуют сейчас, но хвалятся тем, что ревновали когда-то и способны ревновать впредь.

Как ни редко встречается настоящая любовь, настоящая дружба встречается еще реже.

Мало на свете женщин, достоинства которых пережили бы их красоту.

Желание вызвать жалость или восхищение — вот что нередко составляет основу нашей откровенности.

Наша зависть всегда долговечнее чужого счастья, которо

anGel21, 21.11.2006 — 13:45

Настоящее имя Кун Цю (где Кун — фамилия, а Цю — имя). Привычное нам слово Конфуций происходит от латинской транскрипции китайского словосочетания Кун фуцзы, в дословном переводе означающее «учитель Кун». Это латинизированное имя настолько органично вошло в западную культуру, что заменять его на оригинальное уже не имеет смысла. Кун Цю родился в 551 году до н.э. в Древнем Китае, пытался служить правителям, встречал непонимание, подвергался гонениям, прославился своей мудростью, имел много последователей и умер в 479 году до н.э., создав учение, которое на более чем две тысячи лет стало идеологической основой китайской империи и большей части Дальнего Востока.

anGel21, 21.11.2006 — 15:56

Дарования, которыми господь наделил людей, так же разнообразны, как деревья, которыми он украсил землю, и каждое обладает особенными свойствами и приносит лишь ему присущие плоды. Потому-то лучшее грушевое дерево никогда не родит даже самых дрянных яблок, а самый даровитый человек пасует перед делом хотя и заурядным, но дающимся только тому, кто к этому делу способен. И потому сочинять афоризмы, не имея хоть небольшого таланта к занятию такого рода, не менее смехотворно, чем ожидать, что на грядке, где не высажены луковицы, зацветут тюльпаны.

Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.

Свет полон горошин, которые издеваются над бобами.

Кто слишком высоко ценит благородство своего происхождения, тот недостаточно ценит дела, которые легли в его основу.

В наказание за первородный грех бог дозволил человеку сотворить кумир из самолюбия, чтобы оно терзало его на всех жизненных путях.

Своекорыстие — душа нашего сознания: подобно тому как тело, лишенное души, не видит, не слышит, не сознает, не чувствует и не движется, так и сознание, разлученное, если дозволено употребить такое выражение, со своекорыстием, не видит, не слышит, не чувствует и не действует. Потому-то и человек, который во имя своей выгоды скитается по морям и землям, вдруг как бы цепенеет, едва речь заходит о выгоде ближнего; потому-то внезапно погружаются в дремоту и словно отлетают в иной мир те, кому мы рассказываем о своих делах, и так же внезапно просыпаются, стоит им почуять в нашем рассказе нечто, хотя бы отдаленно их затрагивающее. Вот и получается, что наш собеседник то теряет сознание, то приходит в себя, смотря по тому, идет ли дело о его выгоде или, напротив, не имеет к нему никакого касательства.

Мы всего боимся, как положено смертным, и всего хотим, как будто награждены бессмертием.

Порой кажется, что сам дьявол придумал поставить леность на рубежах наших добродетелей.

Мы потому готовы поверить любым рассказам о недостатках наших ближних, что всего легче верить желаемому.

Исцеляет от ревности только полная уверенность в том, чего мы больше всего боялись, потому что вместе с нею приходит конец или нашей любви, или жизни; что и говорить, лекарство жестокое, но менее жестокое, чем недоверие и подозрение.

Где надежда, там и боязнь: боязнь всегда полна надежды, надежда всегда полна боязни.

Не следует обижаться на людей, утаивших от нас правду; мы и сами постоянно утаиваем ее от себя.

Мы чаще всего потому превратно судим о сентенциях, доказывающих лживость людских добродетелей, что наши собственные добродетели всегда кажутся нам истинными.

Преданность властям предержащим — лишь другая личина себялюбия.

Где конец добру, там начало злу, а где конец злу, там начало добру.

Философы порицают богатство лишь потому, что мы плохо им распоряжаемся. От нас одних зависит и приобретать, и пускать его в ход, не служа при этом пороку. Вместо того, чтобы с помощью богатства поддерживать и питать злодеяния, как с помощью дров питают пламя, мы могли бы отдать его на служение добродетелям, придав им тем самым блеск и привлекательность.

Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям и недругам.

Поскольку всех счастливее в этом мире тот, кто довольствуется малым, то власть имущих и честолюбцев надо считать самыми несчастными людьми, потому что для счастья им нужно несметное множество благ.

Человек ныне не таков, каким был создан, и вот убедительнейшее доказательство этому: чем разумнее он становится, тем больше стыдится в душе сумасбродства, низости и порочности своих чувств и наклонностей.

Сентенции, обнажающие человеческое сердце, вызывают такое возмущение потому, что людям боязно предстать перед светом во всей своей наготе.

Люди, которых мы любим, почти всегда более властны над нашей душой, нежели мы сами.

Мы часто клеймим чужие недостатки, но редко, оглядываясь на них, исправляем свои.

Человек так жалок, что, посвятив себя единственной цели — удовлетворению своих страстей, беспрестанно сетует на их тиранство; не желая выносить их гнет, он вместе с тем не желает и сделать усилие, чтобы сбросить его; ненавидя страсти, не менее ненавидит и лекарства, их исцеляющие; восставая против терзаний недуга, восстает и против тягот лечения.

Когда мы радуемся или печалимся, наши чувства соразмерены не столько удачам или бедам, доставшимся нам на долю, сколько нашей способности чувствовать.

Хитрость — признак недалекого ума.

Мы расточаем похвалы только затем, чтобы извлечь потом из них выгоду.

Людские страсти — это всего лишь разные склонности людского самолюбия.

Окончательно соскучившись мы перестаем скучать.

Люди хвалят или бранят чаще всего то, что приятно хвалить или бранить.

Множество людей притязают на благочестие, но никого не привлекает смирение.

Физический труд помогает забывать о нравственных страданиях; поэтому бедняки — счастливые люди.

Истинному самобичеванию подвергает себя лишь тот, кто никого об этом не оповещает; в противном случае все облегчается тщеславием.

Смирение — это угодный богу алтарь для наших жертвоприношений.

Мудрец счастлив, довольствуясь немногим, а глупцу всего мало; вот почему почти все люди несчастны.

Нас мучит не столько жажда счастья, сколько желание прослыть счастливцами.

Легче убить желание в зародыше, чем потом ублаготворять все вожделения, им рожденные.

Ясный разум дает душе то, что здоровье — телу.

Так как великие мира сего не могут дать человеку ни телесного здоровья, ни душевного покоя, то все их благодеяния он всегда оплачивает по слишком дорогой цене.

Прежде чем сильно чего-то пожелать, следует осведомиться, очень ли счастлив нынешний обладатель желаемого.

Истинный друг — величайшее из земных благ, хотя как раз за этим благом мы меньше всего гонимся.

Любовники начинают видеть недостатки своих любовниц, лишь когда их увлечению приходит конец.

Благоразумие и любовь не созданы друг для друга: по мере того как растет любовь, уменьшается благоразумие.

Ревнивая жена порою даже приятна мужу: он хотя бы все время слышит разговоры о предмете своей любви.

Какой жалости достойна женщина, истинно любящая и притом добродетельная!

Мудрый человек понимает, что проще воспретить себе увлечение, чем потом с ним бороться.

Куда полезнее изучать не книги, а людей .

Обычно счастье приходит к счастливому, а несчастье — к несчастному.

Порядочная женщина — это скрытое от всех сокровище; найдя его, человек разумный не станет им хвалиться.

Кто очень сильно любит, тот долго не замечает, что он-то уже не любим.

Мы браним себя только для того, чтобы нас похвалили.

Нам почти всегда скучно с теми, кому скучно с нами.

Говорить всего труднее как раз тогда, когда стыдно молчать.

Как естественна и вместе с тем как обманчива вера человека в то, что он любим!

Нам приятнее видеть не тех людей, которые нам благодетельствуют, а тех, кому благодетельствуем мы.

Скрыть наши истинные чувства труднее, чем изобразить несуществующие.

Возобновленная дружба требует больше забот и внимания, чем дружба, никогда не прерывавшаяся.

Куда несчастнее тот, кому никто не нравится, чем тот, кто не нравится никому.

Старость — вот преисподняя для женщин.

anGel21, 21.11.2006 — 16:38

От великого до смешного один шаг.

Народ, не желающий кормить свою армию, вскоре будет вынужден кормить чужую.

Войско баранов, возглавляемое львом, всегда одержит победу над войском львов, возглавляемых бараном.

Штыками можно сделать все что угодно; только нельзя на них сидеть.

Я бываю то лисой, то львом. Весь секрет управления заключается в том, чтобы знать, когда следует быть тем или другим.

Есть два рычага, которыми можно двигать людей, — страх и личный интерес.

Выиграл сражение не тот, кто дал хороший совет, а тот, кто взял на себя ответственность за его выполнение и приказал выполнить.

Большие батальоны всегда правы.

Военных сил недостаточно для защиты страны, между тем как защищаемая народом страна непобедима.

Не давать людям состариться — в этом состоит большое искусство управления.

У политики нет сердца, а есть только голова.

В ранце каждого солдата лежит жезл маршала.

Наибольшая из всех безнравственностей — это браться за дело, которое не умеешь делать.

Любовь для праздного человека — занятие, для воина — развлечение, для государя — подводный камень.

Мужчина, допускающий, чтобы им помыкала женщина, — не мужчина и не женщина, а просто ничто.

В любви единственная победа — это бегство.

Красивая женщина нравится глазам, а добрая сердцу; одна бывает прекрасною вещью, а другая сокровищем.

Нет ничего высокомернее бессилия, которое чувствует, что его поддерживают.

Кто умеет льстить, умеет и клеветать.

Последнее слово всегда остается за общественным мнением.

Когда народ в государстве развращен, законы почти бесполезны, ежели не управляется оно деспотически.
II

Пускаясь во всякого рода преувеличения, меня восхваляли, как и прочих монархов, коим дано было свершить нечто необыкновенное; но то, в чем истинная моя заслуга, известно лишь мне одному.
III

Монархи Европы создали собственные армии по образцу моей, но надобно же еще уметь командовать ими.
IV

Меня мало задевают пересуды обо мне парижан: они сродни надоедливым мухам, которые только и делают, что жужжат; мнения их подобны тому, как ежели бы обезьяна взялась судить о метафизике.
VI

С того времени как я стал во главе государства, я советовался только с самим собой, и это меня вполне устраивало; совершать ошибки я начал только, когда стал прислушиваться к тому, что говорят советники.
VIII

Приходится согласиться с тем, что фортуна, играющая счастием людей, забавляется, устраивая дела мира сего.
X

Я все еще внушаю союзникам панический страх! Пусть же они не посягают на мое величие, ибо сие может им еще дорого стоить.
XI

Я нашел в Потсдаме шпагу великого Фридриха и его орденскую ленту; трофеи сии значили для меня куда больше, нежели те сто миллионов, которые Пруссия выплатила мне(1).
XII

Подчиненные по-настоящему помогают только тогда, когда чувствуют, что вы непреклонны.
XVII

Для правительства нерешительность государей то же, что и паралич в членах тела.
XVIII

Если бы Илиада была написана нашим современником, никто не оценил бы ее(2).
XIX

Не солдаты меня покинули, но я покинул моих солдат(3).
XX

Те, кто ищет счастия в роскоши и расточительстве, подобны предпочитающим блеск свечей сиянию солнца.
XXV

Справедливость есть образ Бога на земле.
XXVIII

Дурак имеет великое преимущество перед человеком образованным, он всегда доволен собой.
XXIX

Вы хотите узнать, надежны ли ваши друзья? Для сего надобно оказаться в несчастии.
XXXII

От ума до здравого смысла дальше, чем думают.
XXXIV

Храбрость — это условная разменная монета: тот, кто дерзко ищет смерти в неприятельских рядах, трепещет перед мечом палача. Так же как и фальшивые жетоны, имеют хождение и нестоящие храбрецы. Сказать по правде, храбрость — врожденное качество: она не приобретается.
XXXIX

Самое верное средство остаться бедным — быть честным человеком.
XL

Десяток говорунов производит больше шума, нежели десять тысяч, которые молчат; в этом заключатся средство к достижению успеха тех, кто лает с трибун.
XLI

Короли и обманутые мужья всегда последними догадываются о том, что над ними смеются.
XLIV

Я предпочитаю силу вывода красоте стиля: деяния стоят всегда больше, нежели слова.
XLV

В революциях мы сталкиваемся с людьми двух сортов: теми, кто их совершает, и с использующими оные в своих целях.
XLVII

Месть скверному человеку есть воздаяние добродетели.
L

Сильные духом избегают наслаждений, как мореплаватели подводных камней.
LI

Привычка приводит нас ко многим безрассудствам; самое непростительное из них — сделаться ее рабом.
LV

Тот, кто предпочитает богатство славе, — расточитель, который берет у ростовщика и разоряется на процентах.
LVII

Победу одерживают не числом. Александр победил триста тысяч персов во главе двадцати тысяч македонян(4). Дерзкие предприятия и мне особенно удавались.
LXIII

Я осыпал золотом моих сподвижников; но мне надобно было понимать, что, разбогатев, человеку уже не хочется подвергать себя смертельной опасности.
LXXX

Случай — вот единственный законный повелитель во всей вселенной.
LXXXIII

Упадок нравов — это погибель государства как политического целого.
LXXXVII

На свете есть великое множество людей, воображающих, что они наделены талантом править, единственно по той причине, что они стоят у власти.
XC

В хорошо управляемой стране нужна главенствующая религия и зависимые от государства священники. Церковь должна быть подчинена государству, а не государство церкви.
XCI

Если бы христианская религия могла заменить людям все, как того добиваются ее горячие приверженцы, это явилось бы для них наилучшим подарком небес.
XCII

Человек высшего порядка бесстрастен по всей натуре: его хвалят, его порицают, мало что имеет для него значение, он прислушивается только к голосу своей совести.
XCIV

Честолюбие столь же естественно для человека, как воздух природе: лишите его дух первого, а физику второго, и всякое движение прекратится.
XCV

Пороки общества так же необходимы, как грозы в атмосфере. Если же равновесие между благом и злом нарушается, гармония исчезает и происходит революция.
XCVI

Тот, кто действует добродетельно только в надежде произвести впечатление, близок к пороку.
XCVII

Красивая женщина радует глаз, добрая — услада сердца; первая — безделушка, вторая — сокровище.
XCIX

Монарх обязан тщательно следить за тем, чтобы раздел материальных благ не совершался слишком уж неравномерно, ибо в этом случае не сможет удержать бедных, ни защитить богатых.
CXI

В управлении не должно быть полуответственности: она с неизбежностию ведет в утайке растрат и неисполнению законов.
CXXIV

Вместо того чтобы отречься в Фонтебло, я мог сражаться: армия оставалась мне верна, но я не захотел проливать кровь французов из своих личных интересов(5).
CXXXII

При ближайшем рассмотрении признанная всеми политическая свобода оказывается выдумкой правителей, предназначенной того ради, чтобы усыпить бдительность управляемых.
CXXXIII

Для того чтобы народ обрел истинную свободу, надобно, чтобы управляемые были мудрецами, а управляющие — богами.
CXXXVIII

Победа всегда достойна похвалы, независимо от того, что ведет к ней — удача или талант военачальника.
CXL

Меня сравнивали со многими знаменитыми людьми, древними и новыми, но дело в том, что я не похожу ни на одного из них.
CXLVI

Все в этой жизни есть предмет расчета: нужно держаться середины между добром и злом.
CXLVII

Легче создавать законы, чем следовать им.
CLIII

Плохо, ежели молодые люди постигают военное искусство по книгам: это — верное средство воспитать плохих генералов.
CLIV

Смелые, но неопытные солдаты — это наилучшая предпосылка для победы. Добавьте им по чарке водки перед тем, как отправить в бой, и вы можете быть уверены в успехе.
CLXV

Самое важное в политике — следовать своей цели: средства ничего не значат.
CLXX

Самоубийство — величайшее из преступлений. Какое мужество может иметь тот, кто трепещет перед превратностями фортуны? Истинный героизм состоит в том, чтобы быть выше злосчастий жизни(6).
CLXXII

Если офицеру не подчиняются, то он не должен более командовать.
CLXXIV

Государи заурядные никогда не могут безнаказанно ни править деспотически, ни пользоваться народным расположением.
CLXXXIX

В делах финансовых наилучший способ добиться кредита — не пользоваться им: налоговая система укрепляет его, система же займов ведет к потерям.
CXC

Случай правит миром.
CXCVIII

От правосудия зависит общественный порядок. Поэтому по праву место судей — в первом ряду общественной иерархии. Поэтому никакие почести и знаки уважения не могут почитаться для них чрезмерными.
CCIII

Совершаемые другими глупости отнюдь не помогают нам стать умнее.
CCX

Есть короли, которые разыгрывают из себя пекущихся о благе народа ради того, чтоб лучше его обманывать, совсем как тот волк из басни, который преображался в пастуха, дабы ловчее истреблять баранов(7).
CCXIII

Все, что не покоится на физически и математически точных основах, долженствует быть отвергнуто разумом.
CCXV

В сущности говоря, и название, и форма правления не играют никакой роли. Государство будет хорошо управляться, ежели удастся достигнуть того, чтобы справедливость чувствовали на себе все граждане, как в отношении защиты личности, так и в смысле налогов, разного рода пожертвований и при возмещении утраченного.
CCXVI

Неравное распределение собственности подрывает всякое общество и пагубно для порядка в стране, оно убивает предприимчивость и соревнование, крупная владетельная аристократия была хороша лишь при феодальной системе.
CCXVII

Ежели бы успех не сопутствовал Августу(8), потомки поместили бы его имя рядом с именами злодеев.
CCXXV

Можно останавливаться лишь при подъеме в гору, но при спуске — никогда.
CCXXXI

Лесть всегда восхваляла правительства слабые духом как осторожные, так же как бунтовщики именуют мощь деспотизмом.
CCXXXVII

Я питаю отвращение к иллюзиям; вот почему я принимаю мир таким, каков он есть.
CCXLIII

Шпионами в моих кампаниях я пользовался редко; я делал все по вдохновению: точно все предугадывал, продвигался с быстротой молнии — остальное было делом удачи.
CCXLIV

Я знал немало людей, которые находили мои приказы неосуществимыми; впоследствии я иногда объяснял им, какие средства служили мне к достижению цели, и они соглашались с тем, что и впрямь не было ничего легче.
CCXLVII

Ничто так численно не умножает батальоны, как успех.
CCXLVIII

В тех, кто себя обесславил, напрасно искать людей неустрашимых.
CCLXII

Среди людей, которые не любят, чтобы их притесняли, есть немало таких, кому нравится самим делать это.
CCLXVIII

Государь всегда должен обещать только то, что он намеревается исполнить.
CCLXIX

Наилучшее разделение властей таково: избирательная, законодательная, исполнительная, судебная. Я строго следовал сему принципу в иерархии моей Империи.
CCLXXVII

Народ имеет собственное суждение, покуда не введен в заблуждение демагогами.
CCLXXXVIII

Я не люблю, когда притворяются, что презирают смерть: уметь переносить то, что неизбежно, — в этом заключается важнейший человеческий закон.
CCLXXXIX

Трусливый бежит от того, кто злее его; слабого побеждает сильнейший — таково происхождение политического права.
CCXCVI

В несчастии обыкновенно не уважают того, в ком прежде почитали величие.
CCCII

Бывают люди добродетельные лишь потому, что у них не было случая предаваться порокам.
CCCV

Стремление властвовать над умами себе подобных — одна из самых сильных страстей человеческих.
CCCXVIII

Человек, которому развлечения помогают забыть о причиненных неприятностях, недолго помнит о них: это верное средство против мелких неурядиц.
CCCXXX

Когда народы перестают жаловаться, они перестают мыслить.
CCCXXXII

Существует род воров, которых законы не преследуют и которые крадут у людей то, что есть у них самого драгоценного, а именно время.
CCCXXXVIII

Прощая тех, кто меня поносит, я всегда могу поставить себя выше их.
CCCXXXIX

Всякое партийное сборище состоит из глупцов и негодяев.
CCCLIV

Государь, совершенный во всех отношениях, должен был бы поступать, как Цезарь, нравами походить на Юлиана, а добродетелями — на Марка Аврелия(9).
CCCLX

Когда полными пригоршнями разбрасывают почести, многие недостойные люди тоже набрасываются на оные, а имеющие несомненные заслуги отступают в сторону. Кто же будет искать эполеты на поле сражения, когда их можно заполучить и в чьей-нибудь прихожей?
CCCLXIV

Закон должен быть ясным, точным и единообразным, толковать его — значит допускать искажения.
CCCLXXVIII

Подлинное богатство всякой страны состоит в числе жителей оной, их труде и предприимчивости.
CCCLXXXV

То, что называется естественным законом, — всего лишь закон выгоды и разума.
CCCXCI

Дабы погубить отечество, достаточно даже одного негодяя, — тому в истории было немало примеров.
CCCXCIX

Солон был прав: можно судить о заслугах человека только после его смерти(10).
CCCCIII

Сенека как-то сказал: тот, кто мало дорожит своей жизнью, может распоряжаться по своему усмотрению жизнью других людей(11).
CCCCIX

Я сужу о гении по тому, как он выражает свою мысль.
CCCCXII

Государь, который думает о людях и строит собственное счастие на их благополучии, — в каком романе можно найти сие?
CCCCXXVI

Здравый смысл создает одаренных людей; самолюбие же — лишь ветер, который надувает паруса и ведет их корабль прямо к пристани.
CCCCXXXV

Тот, кто не стремится снискать уважение современников, недостоин его.
CCCCXLIII

Надобно следовать за фортуной со всеми ее капризами, поправляя ее, насколько это возможно.
CCCCXLVIII

Надобно, чтобы природа поставила гения таким образом, чтобы он мог сделать из этого должное употребление, но часто он не находит себе надлежащего места и, как засушенное семя, остается бесплоден.
CCCCXLIX

Можно с избытком жаловать ленты куртизанам, но сие отнюдь не делает из оных людей.
CCCCLI

Место военных действий — это шахматная доска генерала, именно его выбор обнаруживает способности или невежество военачальника.
CCCCLII

Я присоединяюсь к Эпиктету, сказавшему: «Когда говорят о тебе плохо и это — правда, исправься, если же это — ложь, посмейся над этим». Я научен ничему не удивляться: остановившись на отдых, я не обращаю внимания на разных шавок, которые лают по дороге(12).
CCCCLIII

Истинный герой играет во время сражения шахматную партию независимо от ее исхода.
CCCCLXV

Воистину необычайной оказалась бы книга, в которой не нашлось бы места для вымысла.


Комментарии (С. Н. Искюль)

1. 24 октября 1806 года, когда в поражении Пруссии уже не было сомнений, Наполеон со свитой остановился близ прусской столицы в Потсдаме, в замке Сан-Суси. Император не скрывал своего волнения, он преклонился перед гением великого короля. Наполеон посетил комнаты Фридриха Великого, подержал в руках его подзорную трубу, перелистал несколько книг с пометками короля и не удержался от соблазна завладеть шпагой, орденскими лентами и портупеей Фридриха. «Для меня эти трофеи, — воскликнул он, — дороже всех сокровищ короля Вильгельма. Я пошлю их моим старым ганноверским солдатам, я передам их коменданту Дома Инвалидов, который сохранит их как свидетельства побед великой армии» (Castelot A. Napoleon. Paris, 1968. P. 134). 26 октября Наполеон посетил гарнизонную церковь Потсдама и могилу Фридриха Великого. Отделившись от сопровождающей его свиты, он несколько минут провел в молчание у могилы короля.

2. «Илиаду» Гомера Наполеон впервые прочел еще в Бриеннской школе, затем не раз перечитывал и заботился о том, чтобы Гомер был представлен во всех императорских библиотеках. «Илиада, — говорил он, — так же как Книга Бытия и самая Библия, — знамение своего времени. Впечатление, которое эта поэма на меня производит, лишний раз подтверждает справедливость всеобщего признания. Что поражает меня в ней более всего, так это то, что тогдашние грубые нравы соединяются в ней с истинным совершенством мысли» (Dictionnaire-Napoleon ou Recueil alphabetique des opinions et jugements de l’Empereur Napoleon I, avec une introduction et des notes par M. Damas Hinard. Paris, 1854. P. 441).

3. Эту фразу можно вообще оставить без комментария, но, вероятно, нелишним будет подчеркнуть, что армия Наполеона, включая, разумеется, и гвардию, всегда отличалась исключительной преданностью своему императору и ни разу не проявила неповиновения или нежелания поддерживать императорский режим. Исключение составляли весьма немногочисленные и не имевшие поддержки в войсках заговоры республикански настроенного офицерства во времена Консульства.

4. Имеется в виду персидский поход Александра Македонского, описанный у Плутарха в «Сравнительных жизнеописаниях».

5. Наполеон не раз говорил об этом до и после отречения. Так, 21 июня 1815 года, договорившись со своим братом Люсьеном о том, что тот отправится в Палату представителей в качестве чрезвычайного комиссара, Наполеон вышел вместе с ним из Елисейского дворца в сад, и какое-то время они шли вместе, поглощенные беседой. Брат настойчиво советовал Наполеону, не теряя времени, разогнать Палату. От толпы, собравшейся на авеню Мариньи, до них доносились крики: «Да здравствует император!» и «Оружия! Оружия!». Крики усилились, когда толпа увидела Наполеона. «Вы слышите эти возгласы? — сказал Люсьен. — Одно только слово, и ваши враги отступят. И так по всей Франции. Нежели вы их покинете?» Император остановился, отвечая на приветствие толпы, и затем, повернувшись к брату, спросил: «Кто я, по-твоему? Человек, способный наставить заблудившуюся Палату на путь единения, который единственно может нас всех спасти, или же я сродни тем презренным партийным вождям, кои способны разжечь гражданскую войну? Нет! Никогда! Тогда, в брюмере, мы могли обнажить шпагу ради Франции. Ради ее же блага сегодня мы должны отбросить ее в сторону…» (Bonaparte Lucien. La verite sur les Cent Jours. Paris, 1835. P. 56-57). Примерно те же слова, так же под непрекращающиеся крики «Да здравствует император!» Наполеон говорил известному деятелю и публицисту Бенжамену Констану: «Если бы я только захотел, то в одно мгновение взбунтовавшаяся Палата была рассеяна… Но жизнь человека не стоит такой цены. Я не хочу быть королем Жакерии. Я не для того вернулся с острова Эльбы, чтобы Париж оказался по колено в крови» (Constant B. Memoires sur les Cents Jours. V. II. Paris, 1822. P. 133-134). На следующий же день Наполеон подписывает свое отречение от престола.

6. На самоубийство Наполеон всегда смотрел как на проявление слабости и малодушия. Но 11 апреля 1814 года, через пять дней после отречения, когда в Фонтебло начались сборы к его отъезду на остров Эльба, Наполеон, простившись с некоторыми из приближенных, удалился в свои апартаменты и затем, как обнаружилось, принял яд (опиум) из флакона, который был у него в походном несессере; еще в 1812 году, когда императору угрожала опасность плена, после битвы при Малоярославце доктор Иван, по повелению Наполеона, дал ему сильнодействующий яд, который с тех пор пролежал в несессере полтора года. Яд не подействовал. Мучения Наполеона продолжались несколько часов, но он отказался принять противоядие. Он категорически требовал скрыть от всех происшедшее. «Как трудно умирать! Как легко было умереть на поле битвы! Почему я не был убит при Арсисюр-Об?» — вырвалось у него посреди страшных мучений. Это единственная известная попытка самоубийства, но в 1813 — 1814 гг. маршалы, генералы, офицеры, даже солдаты гвардии замечали, что император без нужды подвергает себя опасности, и делали вывод, что он ищет смерти, не желая принимать ее от своей собственной руки.

7. Образ волка, представлявшегося пастухом, восходит к басне Лафонтена «Le Loup devenu berger» (Fables de La Fontaine, Nouvelle edition, revue, mise en ordre, et accompagnee de notes, par C. A. Walckenaer. Bruxelles, 1829. P. 76-77).

8. Имеется в виду римский император Гай Юлий Цезарь Октавиан Август (63 до н.э. — 14 н.э.), который после победы при Акциуме (31 до н.э.), став единственным властителем Рима, проводил политику, направленную на усиление центральной власти, и прославился удачными военными походами в Испанию, Паннонию, Германию и Африку.

9. Имеется в виду Флавий Клавдий Юлиан (331 — 363), римский император (361 — 363), прозванный христианским духовенством Отступником за восстановление язычества при своем восшествии на престол, но прославленный нравственной чистотой и кротостью души. Далее речь идет о Марке Аврелии (121 — 180), римском императоре с 161 года, стремившемся к нравственному усовершенствованию и отличавшемся добродетельными помыслами и поступками.

10. Вероятнее всего, приведенное высказывание — вольный пересказ слов знаменитого афинского законодателя и реформатора, одного из «семи мудрецов» Греции. Смотрите «Сравнительные жизнеописания» Плутарха.

11. Смотрите четвертое письмо римского философа Луция Аннея Сенеки (54 — 39 до н.э.) к Луцилию (Сенека. Нравственные письма к Луцилию. М., 1991. С. 9-10).

12. Эпиктет (около 50 -130 н.э.) — крупнейший древнегреческий философ.

anGel21, 21.11.2006 — 17:13

От множества мечтаний много тщетных слов. /Соломон/

Любовь — большая помеха в жизни. /А. Шопенгауэр/

Устаешь ждать, но насколько хуже было бы, если бы ждать стало нечего. /Б. Шоу/

Мы познаем человека не по тому, что он знает,
а по тому, чему он радуется. /А. Бергсон/

Брак — сообщество, состоящее из господина, госпожи,
и двух рабов, общей численностью в два человека. /А. Бирс/

Как бы плохо мужчины ни думали о женщинах,
любая женщина думает о них еще хуже. /Н. Шамфор/

В серьезных делах люди выказывают себя такими, какими им подобает выглядеть;
в мелочах — такими, какие они есть. /Н. Шамфор/

Подозрений у человека тем больше, чем меньше он знает. /Ф. Бэкон/

Счастливой жизни нет, есть только счастливые дни. /А. Терье/

Счастье — это не когда получилось или когда получится,
а когда получается. /Ю. Лошиц о И. Гончарове/

Не отнимай ни у кого убеждений, способствующих его счастью,
если не можешь дать ему лучших. /К. Лафатер/

У меня такое мироощущение, что лучше бы его вовсе не было. /Авессалом Подводный/

Все наши беды проистекают от невозможности быть одинокими. /Ж. Лабрюйер/

Легко скрыть ненависть, трудно скрыть любовь, всего труднее скрыть равнодушие. /К.Л.Берне/

anGel21, 22.11.2006 — 10:05

Если бы одни умирали, а другие нет, умирать было бы крайне досадно. (Жан де Лабрюйер)

Столько лет, и ничего не сделано для бессмертия! — сокрушался Кощей. (Владимир Колечицкий)

Люди не хотят жить вечно. Люди просто не хотят умирать. (Станислав Лем)

Идея в том, чтобы умереть молодым. Но как можно позже. (Эшли Монтегю )

Никто из нас еще не родился бессмертным, и, если бы это с кем-нибудь случилось, он не был бы счастлив, как это кажется многим. (Платон)

Как бы ты ни был стар, ты можешь прожить еще год; как бы ты ни был молод, ты можешь умереть в любой день. (Рохас)

Ни у одного народа вера в бессмертие не была так сильна, как у кельтов; у них можно было занимать деньги, с тем что возвратишь их в ином мире. (Генрих Гейне)

Надежда на бессмертие не порождена ни одной из существующих религий; наоборот, почти все религии порождены этой надеждой. (Роберт Ингерсолл)

Старики и кометы пользуются уважением за одно и то же: за длинную бороду и предполагаемую способность предсказывать события. (Свифт)

Когда человек обнаруживает, что он постарел? Когда перестает жить надеждами и живет лишь воспоминаниями. (Зандерс)

Да, человек смертен, но это было бы еще пол беды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус. (Михаил Булгаков)

Брюзжание — атрибут старости, календарной и преждевременной. (Илья Шевелев)

Я решил жить вечно. Пока получается. (Стефен Райт)

Рождение не преступление, так почему за него полагается смертный приговор. (Роберт Эттингер)

Жизнь — это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут. (Жан де Лабрюйер)

Внезапно понял, что старею: красивые девушки наводят на философские размышления. (А. Подводный)

Внимание:  Какие стратегии есть на бинарных опционах, и какие из них лучшие

Вы стареете, если вместо «Все козлы!» вы начали говорить «Мне кажется, что все козлы.».

Бессмертные все вымерли. Осталось два-три долгожителя. (Шендерович)

Бывает ли старческий оргазм? Да, и он называется маразм!

Если бы мы жили вечно, представляете, сколько составили бы наши счета за мясо и овощи? (Вуди Аллен)

Мы хотим жить вечно и скоро это у нас получится (Билл Клинтон президент США. Подробности о его заявлении в новостях сайта)

Христиане жаждут бессмертия так, словно уверены в райском блаженстве; и в то же время боятся смерти, словно уверены, что попадут в ад. (Ежи Плудовский)

Несомненно, что из всех развалин, какие существуют на свете, человеческие развалины — самое печальное зрелище. (Готье)

Если вас старость настигла внезапно, вы хорошо провели молодые годы. (Борис Трушкин)

В любом возрасте оберегайте чувство молодости. (С.Т. Коненков)

В отличие от других внутренних органов сердце бьется до последнего. (Валентин Домиль)

У сердца не бывает морщин. (Севинье)

Старость наступает, когда человек начинает говорить: «Никогда я не чувствовал себя таким молодым». (Ренар)

Жизнь отвратительна, но вы взгляните на альтернативу! (неизвестный)

Первый симптом старения — любовь к жизни. (неизвестный)

Ничто не старит так скоро, как неотвязная мысль, что стареешь. (Лихтенберг)

Болезни старости ослабляют нашу привязанность к жизни по мере того, как мы приближаемся к смерти. (Джонатан Свифт)

В юности лепечут о любви, в старости бормочут о болячках. (Илья Шевелев)

anGel21, 22.11.2006 — 14:32

Сирилл Норткот Паркинсон (род. 1909) — псевдоним автора «Законов Паркинсона» и ряда других книг.

Общепринято, что «Законы Паркинсона» являются составной частью «Законов Мэрфи», но их количество позволяет выделить их в отдельную главу.
То же самое относится и к «Законам Питера».

1. Объем работы возрастает в той мере, в какой это необходимо, чтобы занять время, выделенное на ее выполнение.

2. Расходы стремятся сравняться с доходами.

3. Расширение означает усложнение, а усложнение — разложение.

4. Численность персонала возрастает, независимо от того, становится работы больше, меньше или ее нет совсем.

5. Если существует способ отложить принятие важного решения, истинный бюрократ обязательно его найдет.

6. Прогресс науки обратно пропорционален числу выходящих журналов.

7. Предполагаемые важность и сложность задачи возрастают прямо пропорционально выделенному на ее решение времени.

8. Любой работник начинает терять хватку за пять лет до достижения пенсионного возраста, чему бы этот возраст ни равнялся.

1. Чиновник стремится увеличивать число подчиненных, но не соперников.

2. Чиновники создают работу друг для друга.


Закон медицинских исследований:

Успешные исследования стимулируют повышение финансирования, приводящее к полной невозможности дальнейших исследований.

Учреждение, в котором работают более тысячи сотрудников, становится «вечной» империей, создающей так много внутренней работы, что больше не нуждается в контактах с внешним миром.

Закон отказа от авторства идеи:

Ловкость в выбивании субсидий состоит главным образом в умении внушить ведающим финансами чиновникам, что именно ОНИ были инициаторами проведения исследований по вашей теме, а вы лишь идете у них на поводу, неохотно, вопреки собственным убеждениям, соглашаясь со всеми их предложениями.

Отсрочка — самая надежная форма отказа.


Закон телефона:

Эффективность телефонного разговора обратно пропорциональна затраченному на него времени.

Закон миссис Паркинсон:

Теплота, производимая домашними заботами, нарастает и переполняет данный индивидуум, от которого может быть передана только индивидууму более хладнокровному.

anGel21, 24.11.2006 — 14:33


Коллективный псевдоним группы русских писателей — А. К. Толстого и братьев А. М. и В. М. Жемчужниковых, — выступавших совместно в 50-60-е гг. 19 в. В вымышленном лице К. П. был создан комический тип поэта-чиновника, «. самодовольного, тупого, добродушного и благонамеренного» (Сочинения Козьмы Пруткова, 1960, с. 355), судящего обо всём с казённой точки зрения. Произведения К. П., печатавшиеся в 1859-63 в «Искре», «Современнике» и др. изданиях, сыграли значительную роль в литературной жизни. Авторы обнажали в пародиях внутреннюю пустоту поэзии В. Г. Бенедиктова («Аквилон»), высмеивали так называемое чистое искусство («Философ в бане») и лженауку («Предисловие к «Гисторическим материалам. «»), спорили со славянофилами («Разница вкусов»). Политически злободневные произведения К. П. — сатира «Проект: о введении единомыслия в России», комедия «Торжество добродетели» и др. Афоризмы К. П. доныне пользуются популярностью.

1. Обручальное кольцо есть первое звено в цепи супружеской жизни.

2. Жизнь нашу можно удобно сравнивать со своенравною рекою, на поверхности которой плавает чёлн, иногда укачиваемый тихоструйною волною, нередко же задержанный в своём движении мелью и разбиваемый о подводный камень. — Нужно ли упоминать, что сей утлый чёлн на рынке скоропреходящего времени есть не кто иной, как сам человек?

3. Никто не обнимет необъятного.

4. Нет столь великой вещи, которую не превзошла бы величиною ещё большая. Нет вещи столь малой, в которую не вместилась бы ещё меньшая.

5. Смотри в корень!

6. Лучше скажи мало, но хорошо.

7. Наука изощряет ум; ученье вострит память.

8. Что скажут о тебе другие, коли ты сам о себе ничего сказать не можешь?

9. Самопожертвование есть цель для пули каждого стрелка.

10. Память человека есть лист белой бумаги: иногда напишется хорошо, а иногда дурно.

11. Слабеющая память подобна потухающему светильнику.

12. Слабеющую память можно также сравнивать с увядающею незабудкою.

13. Слабеющие глаза всегда уподоблю старому потускневшему зеркалу, даже надтреснутому.

14. Воображение поэта, удрученного горем, подобно ноге, заключенной в новый сапог.

15. Влюбленный в одну особу страстно — терпит другую токмо по расчету.

16. Если хочешь быть красивым, поступи в гусары.

17. Человек, не будучи одеян благодетельною природою, получил свыше дар портного искусства.

18. Не будь портных, — скажи: как различил бы ты служебные ведомства?

19. Скрывая истину от друзей, кому ты откроешься?

20. Что есть лучшего? — Сравнив прошедшее, свести его с настоящим.

21. Полезнее пройти путь жизни, чем всю вселенную.

22. Если у тебя есть фонтан, заткни его; дай отдохнуть и фонтану.

23. Женатый повеса воробью подобен.

24. Усердный врач подобен пеликану.

25. Эгоист подобен давно сидящему в колодце.

26. Гений подобен холму, возвышающемуся на равнине.

27. Умные речи подобны строкам, напечатанным курсивом.

28. Начало ясного дня смело уподоблю рождению невинного младенца: быть может, первый не обойдется без дождя, а жизнь второго без слёз.

29. Если бы тени предметов зависели не от величины сих последних, а имели бы свой произвольный рост, то, может быть, вскоре не осталось бы на всём земном шаре ни одного светлого места.

30. Стрельба в цель упражняет руку и причиняет верность глазу.

31. Бердыш в руках воина то же, что меткое слово в руках писателя.

32. Магнитная стрелка, непреодолимо влекомая к северу, подобна мужу, который блюдет законы.

33. Первый шаг младенца есть первый шаг к его смерти.

34. Смерть для того поставлена в конце жизни, чтобы удобнее к ней приготовиться.

35. В доме без жильцов — известных насекомых не обрящешь.

36. Ничего не доводи до крайности: человек, желающий трапезовать слишком поздно, рискует трапезовать на другой день поутру.

37. Пища столь же необходима для здоровья, сколь необходимо приличное обращение человеку образованному.

38. «Зачем, — говорит эгоист, — стану я работать для потомства, когда оно ровно ничего для меня не сделало?» — Несправедлив ты, безумец! Потомство сделало для тебя уже то, что ты, сближая прошедшее с настоящим и будущим, можешь по произволу считать себя: младенцем, юношей и старцем.

39. Вытапливай воск, но сохраняй мёд.

40. Пояснительные выражения объясняют тёмные мысли.

41. Не всякому человеку даже гусарский мундир к лицу.

43. Камергер редко наслаждается природою.

44. Никто не обнимет необъятного.

45. Три дела, однажды начавши, трудно кончить: а) вкушать хорошую пищу; б) беседовать с возвратившимся из похода другом и в) чесать, где чешется.

46. Прежде чем познакомишься с человеком, узнай: приятно ли его знакомство другим?

47. Здоровье без силы — то же, что твердость без упругости.

48. Все говорят, что здоровье дороже всего; но никто этого не соблюдает.

49. Достаток распутного равняется короткому одеялу: натянешь его к носу, обнажатся ноги.

50. Не растравляй раны ближнего; страдающему предлагай бальзам. Копая другому яму, сам в нее попадешь.

51. Если у тебя спрошено будет: что полезнее, солнце или месяц? — ответствуй: месяц. Ибо солнце светит днём, когда и без того светло; а месяц — ночью.

52. Но, с другой стороны: солнце лучше тем, что светит и греет; а месяц только светит, и то лишь в лунную ночь!

53. Самолюбие и славолюбие суть лучшие удостоверения бессмертия души человеческой.

54. Душа индейца, верящего вметемпсихозию, похожа на червячка в коконе.

55. Рассуждай токмо о том, о чём понятия твои тебе сие дозволяют. Так: не зная законов языка ирокезского, можешь ли ты делать такое суждение по сему предмету, которое не было бы неосновательно и глупо?

56. Принимаясь за дело, соберись с духом.

57. Перо, пишущее для денег, смело уподоблю шарманке в руках скитающегося иностранца.

58. Щёлкни кобылу в нос — она махнет хвостом.

59. Не робей перед врагом: лютейший враг человека — он сам.

60. И терпентин на что-нибудь полезен!

61. Всякий необходимо причиняет пользу, употреблённый на своём месте. Напротив того: упражнения лучшего танцмейстера в химии неуместны; советы опытного астронома в танцах глупы.

62. Часами измеряется время, а временем жизнь человеческая; но чем, скажи, измеришь ты глубину Восточного океана?

63. Говорят, что труд убивает время; но сие последнее, нисколько от этого не уменьшаяся, продолжает служить человечеству и всей вселенной постоянно в одинаковой полноте и непрерывности.

64. На дне каждого сердца есть осадок.

65. Под сладкими выражениями таятся мысли коварные: так, от курящего табак нередко пахнет духами.

66. Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.

67. Никто не обнимет необъятного!

68. Болтун подобен маятнику: того и другой надо остановить.

69. Два человека одинаковой комплекции дрались бы недолго, если бы сила одного превозмогла силу другого.

70. Не всё стриги, что растёт.

71. Ногти и волосы даны человеку для того, чтобы доставить ему постоянное, но лёгкое занятие.

72. Иной певец подчас хрипнет.

73. Поощрение столь же необходимо гениальному писателю, сколь необходима канифоль смычку виртуоза.

74. Единожды солгавши, кто тебе поверит?

75. Жизнь — альбом. Человек — карандаш. Дела — ландшафт. Время — гумиэластик: и отскакивает и стирает.

76. Продлжать смеяться легче, чем окончить смех.

77. Смотри вдаль — увидишь даль; смотри в небо — увидишь небо; взглянув в маленькое зеркальце, увидишь только себя.

78. Где начало того конца, которым оканчивается начало?

79. Чем скорее проедешь, тем скорее приедешь.

80. Если хочешь быть счастливым, будь им.

81. Не в совокупности ищи единства, но более — в единообразии разделения.

82. Усердный в службе не должен бояться своего незнанья; ибо каждое новое дело он прочтёт.

83. Петух пробуждается рано; но злодей ещё раньше.

84. Усердие всё превозмогает!

85. Что имеем — не храним; потерявши — плачем.

86. И устрица имеет врагов!

87. Возобновлённая рана много хуже противу новой.

88. В глубине всякой груди есть своя змея.

89. Только в государственной службе познаёшь истину.

90. Иного прогуливающегося старца смело уподоблю песочным часам.

91. Не шути с женщинами: эти шутки глупы и неприличны.

92. Чрезмерный богач, не помогающий бедным, подобен здоровенной кормилице, сосущей с аппетитом собственную грудь у колыбели голодающего дитяти.

93. Магнит показывает на север и на юг; от человека зависит избрать хороший или дурной путь жизни.

94. На чужие ноги лосины не натягивай.

95. Человек раздвоен снизу, а не сверху, — для того, что две опоры надёжнее одной.

96. Человек ведёт переписку со всем земным шаром, а через печать сносится даже с отдалённым потомством.

97. Глупейший человек был тот, который изобрёл кисточки для украшения и золотые гвоздики на мебели.

98. Многие люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе.

99. Чувствительный человек подобен сосульке; пригрей его, он растает.

100. Многие чиновники стальному перу подобны.

101. Специалист подобен флюсу: полнота его одностороння.

102. В здании человеческого счастья дружба возводит стены, а любовь образует купол.

103. Взирая на высоких людей и на высокие предметы, придерживай картуз свой за козырёк.

104. Плюнь тому в глаза, кто скажет, что можно обнять необъятное!

105. Земной шар, обращающийся в беспредельном пространстве, служит пьедесталом для всего, на нём обретающегося.

106. Если на клетке слона прочтёшь надпись «буйвол», не верь глазам своим.

107. Муравьиные яйца более породившей их твари; так и слава даровитого человека далеко продолжительнее собственной его жизни.

108. Всякая вещь есть форма проявления беспредельного разнообразия.

109. Во всех частях земного шара имеются свои, даже иногда очень любопытные, другие части.

110. Глядя на мир, нельзя не удивляться!

111. Самый отдалённый пункт земного шара к чему-нибудь да близок, а самый близкий от чего-нибудь да отдалён.

112. Философ легко торжествует над будущею и минувшею скорбями, но он же легко побеждается настоящею.

113. Небо, усеянное звёздами, всегда уподоблю груди заслуженного генерала.

114. Доблий муж подобен мавзолею.

115. Вакса чернит с пользою, а злой человек — с удовольствием.

116. Пороки входят в состав добродетели, как ядовитые снадобья в состав целебных средств.

117. Из всех плодов наилучшие приносит хорошее воспитание.

118. Любовь, поддерживаясь, подобно огню, непрестанным движением, исчезает купно с надеждою и страхом.

119. Рассчитано, что петербуржец, проживающий на солнцепёке, выигрывает двадцать процентов здоровья.

120. Человеку даны две руки на тот конец, дабы он, принимая левою, раздавал правою.

121. Иногда достаточно обругать человека, чтобы не быть им обманутым!

122. В сепаратном договоре не ищи спасения.

123. Ревнивый муж подобен турку.

124. Почти всякий человек подобен сосуду с кранами, наполненному живительною влагою производящих сил.

125. Умная женщина подобна Семирамиде.

126. Любой фат подобен трясогузке.

127. Вестовщик решету подобен.

128. Девицы вообще подобны шашкам: не всякой удаётся, но всякой желается попасть в дамки.

129. Всегда держись начеку!

130. Спокойствие многих было бы надёжнее, если бы дозволено было относить все неприятности на казённый счёт.

131. Не ходи по косогору, сапоги стопчешь!

132. Советую каждому: даже не в особенно сырую и ветреную погоду закладывать уши хлопчатою бумагою или морским канатом.

133. Кто мешает тебе выдумать порох непромокаемый?

134. Снег считают саваном омертвевшей природы; но он же служит первопутьем для жизненных припасов. Так разгадайте же природу!

135. Барометр в земледельческом хозяйстве может быть с большою выгодою заменён усердною прислугою, страдающею нарочитыми ревматизмами.

136. Собака, сидящая на сене, вредна. Курица, сидящая на яйцах, полезна. От сидячей жизни тучнеют: так, всякий меняло жирен.

137. Неправое богатство подобно кресс-салату, — оно растёт на каждом войлоке.

138. Всякая человеческая голова подобна желудку: одна переваривает входящую в оную пищу, а другая от неё засоряется.

139. Вещи бывают великими и малыми не токмо по воле судьбы и обстоятельств, но также по понятиям каждого.

140. И саго, употреблённое не в меру, может причинить вред.

141. Взирая на солнце, прищурь глаза свои, и ты смело разглядишь в нём пятна.

142. Время подобно искусному управителю, непрестанно производящему новые таланты взамен исчезнувших.

143. Талантами измеряются успехи цивилизации, и они же представляют верстовые столбы истории, служа телеграммами от предков и современников к потомству.

144. И при железных дорогах лучше сохранять двуколку.

145. Покорность охлаждает гнев и даёт размер взаимным чувствам.

146. Если бы всё прошедшее было настоящим, а настоящее продолжало существовать наряду с будущим, кто был бы в силах разобрать: где причины и где последствия?

147. Счастье подобно шару, который подкатывается: сегодня под одного, завтра под другого, послезавтра под третьего, потом под четвёртого, пятого и т.д., соответственно числу и очереди счастливых людей.

148. Иные настойчиво утверждают, что жизнь каждого записана в книге Бытия.

149. Не совсем понимаю: почему многие называют судьбу индейкою, а не какою-либо другою, более на судьбу похожею птицею?

151. Лучшим каждому кажется то, к чему он имеет охоту.

152. Издание некоторых газет, журналов и даже книг может приносить выгоду.

153. Никогда не теряй из виду, что гораздо легче многих не удовлетворить, чем удовольствовать.

154. Хорошего правителя справедливо уподобляют кучеру.

155. Добрая сигара подобна земному шару: она вертится для удовольствия человека.

156. Бросая в воду камешки, смотри на круги, ими образуемые; иначе такое бросание будет пустою забавою.

157. Благочестие, ханжество, суеверие — три разницы.

158. Степенность есть надёжная пружина в механизме общежития.

159. У многих катанье на коньках производит одышку и трясение.

160. Опять скажу: никто не обнимет необъятного!

Метемпсихоз — религиозно-мистическое учение о переселении душ.
Терпентин — смолистый сок хвойных деревьев; при перегонке даёт скипидар и канифоль.
Доблий — доблестный (церковнослав.)

anGel21, 10.01.2007 — 15:46

00. Человек гораздо умнее, чем ему это надо для счастья.

01. Никому не поставить нас на колени! Мы лежали, и будем лежать!

02. Думаю, что не ошибусь, если промолчу.

03. Любить водку, халяву, революции и быть мудаком — этого еще не достаточно, чтобы называться русским.

04. Прошу послать меня на курсы повышения зарплаты.

05. Цель определяет калибр.

06. Первым здоровается тот, у кого слабее нервы.

07. Чтобы сохранить мир в семье, необходимы терпение, любовь, понимание и по крайней мере два телевизора. («Правило двух телевизоров»

08. Скупой платит дважды, тупой платит трижды. Лох платит всю жизнь.

09. Женщины обращают внимание не на красивых мужчин, а на мужчин с красивыми женщинами.

10. Сказки — это страшные истории, бережно подготавливающие детей к чтению газет и просмотру теленовостей.

11. В какой еще стране спирт хранится в бронированных сейфах, а «ядерная кнопка» — в пластмассовом чемоданчике.

12. Мудрость не всегда приходит с возрастом. Бывает, что возраст приходит один.

13. Жизнь, конечно, не удалась, а в остальном все нормально.

14. Если вам долго не звонят родственники или друзья, значит у них все хорошо.

15. Извините, что я говорю, когда вы перебиваете.

16. Если тебе трудно грызть гранит науки — попробуй пососать.

17. Учти, знания половым путем не передаются.

18. Подарки на 23-е февраля — это инвестиции в подарки на 8-е марта.

19. Если сложить темное прошлое со светлым будущим, получится серое настоящее.

20. Оптимизм — это когда не моешь посуду вечером, надеясь, что утром на это будет больше охоты.

21. Россия — неунывающая страна, любой прогноз для нее в итоге оказывается оптимистичным.

22. Одна из бед новой России в том, что понятия ум, честь и совесть стали взаимоисключающими.

23. Чем меньше женщина собирается на себя одеть, тем больше времени ей для этого потребуется.

24. Если ты споришь с идиотом, вероятно то же самое делает и он.

25. Глупые женятся, а умные выходят замуж.

26. Порядочного человека можно легко узнать по тому, как неуклюже он делает подлости.

27. Человек, признающий свою ошибку, когда он не прав, — мудрец. Человек, признающий свою ошибку, когда он прав, — женатый.

28. «Имидж — ничто, жажда — все!» — оправдывался Братец Иванушка, нервно цокая копытцем.

29. Мы медленно запрягаем, быстро ездим, и сильно тормозим.

30. А по-моему, искренность — просто недостаток самообладания.

31. Самый верный способ заставить жену слушать вас внимательно — разговаривать во сне.

32. Скромность украшает человека, нескромность — женщину.

33. Если вы поможете другу в беде, он непременно вспомнит о вас, когда опять попадет в беду.

34. Мы не левые и не правые, потому что мы валенки.

35. Какой же русский не любит быстрой езды — бессмысленной и беспощадной!

36. Нет такой чистой и светлой мысли, которую бы русский человек не смог бы выразить в грязной матерной форме.

37. Еще никто не глушил рыбу так, как русские! (в Тихом океане да космической станцией)

38. Хорошо не просто там, где нас нет, а где нас никогда и не было!

39. Если у тебя прекрасная жена, офигительная любовница, крутая тачка, нет проблем с властями и налоговыми службами, а когда ты выходишь на улицу всегда светит солнце и прохожие тебе улыбаются — скажи НЕТ наркотикам.

40. Мало знать себе цену — нужно еще уметь пользоваться спросом.

41. Если мужчина никогда не лжет женщине, значит, ему наплевать на ее чувства.

42. Если женщина говорит «нет» — значит, она просто хочет поговорить!

43. Жизненный опыт — это масса ценных знаний о том, как не надо себя вести в ситуациях, которые никогда больше не повторятся.

44. От жизни лучше получать не «радости скупые телеграммы», а щедрости большие переводы.

45. Христос воскрес! А мы остались.

46. Лучше уж экстрадиция, чем эксгумация. (Павел Бородин)

47. Если жена неожиданно дарит вам галстук — значит, новая норковая шубка ей уже разонравилась.

48. И волки сыты, и овцы целы, и пастуху вечная память.

49. Когда мало времени, тут уже не до дружбы, — только любовь.

50. Молоко вдвойне смешней, если после огурцов.

51. Рассказывать начальнику о своем уме — все равно, что подмигивать женщине в темноте, рассказывать начальнику о его глупости — все равно, что подмигивать мужчине на свету.

52. Торопить женщину — то же самое, что пытаться ускорить загрузку компьютера. Программа все равно должна выполнить все очевидно необходимые действия и еще многое такое, что всегда остается сокрытым от вашего понимания.

53. Покажите мне человека, у которого нет никаких проблем, и я найду у него шрам от черепно-мозговой травмы.

54. Земля в иллюминаторе! Земля в иллюминаторе! И как туда насыпалась она.

55. Если памперсы жмут спереди, значит, кончилось детство.

56. Если тебе завидуют, значит, этим людям хуже, чем тебе.

57. Лучшее средство от тараканов — плотный поток быстрых нейтронов.

58. Жизнь уходит так быстро, как будто ей с нами неинтересно.

59. Если вы спокойны, а вокруг вас в панике с криками бегают люди — возможно, вы что-то не поняли.

60. В мире все меньше того, что невозможно купить, и все больше того, что невозможно продать.

61. Пойду посплю перед сном.

62. Ценный совет: НИКОГДА не разворачивайте подарок сразу, а дождитесь ухода гостей. Если развернете его при гостях, то никому из присутствующих его уже не подаришь.

63. Лучше помалкивать и казаться дураком, чем открыть рот и окончательно развеять сомнения.

64. Умный мужчина старается не давать женщине поводов для обид, но умной женщине, для того чтобы обидеться, поводы и не нужны.

65. Экспериментальный кролик может позволить себе практически все.

66. Девушка, можно пригласить вас на ужин с завтраком?

67. Когда к тебе обращаются с просьбой «Скажи мне, только честно. «, с ужасом понимаешь, что сейчас, скорее всего, придется много врать.

68. Если из года в год тебе говорят, что ты изменился к лучшему, поневоле задумаешься — а кем же ты был изначально.

69. Каждый подумал в меру своей испорченности, но все подумали об одном и том же.

70. Почему-то в каждой несчастной семье один всегда извращенец, а другой — дура.

71. «Человечество существует тысячи лет, и ничего нового между мужчиной и женщиной произойти уже не может.» (Оскар Уайлд)

72. Женщина верит, что дважды два будет пять, если как следует поплакать и устроить скандал.

73. Жизнь человеку дается один раз, но, как правило, в самый неподходящий момент.

74. «Я люблю путешествовать, посещать новые города, страны, знакомиться с новыми людьми.» Чингисхан (Р. Асприн)

75. Некоторые люди полагают, что они мыслят, в то время как они просто переупорядочивают свои предрассудки. (С. Джонсон).

76. Вам помочь или не мешать?

77. Настоящая женщина должна спилить дерево, разрушить дом и вырастить дочь.

78. Есть люди, в которых живет Бог. Есть люди, в которых живет дьявол. А есть люди, в которых живут только глисты. (Ф. Раневская)

79. Спонсор — это человек, которому расстаться с деньгами проще, чем объяснить, откуда они взялись.

80. Есть что вспомнить, да нечего детям рассказать.

81. Русский человек способен тосковать по Родине, даже не покидая ее.

82. Для нас нет непреодолимых трудностей, есть только трудности, которые нам лень преодолевать.

83. Если человек знает, чего он хочет, значит, он или много знает, или мало хочет.

84. В жизни всегда есть место подвигу. Надо только быть подальше от этого места.

85. Богат и выразителен русский язык. Но уже и его стало не хватать.

86. Русский человек на голодный желудок думать не может, а на сытый — не хочет.

87. Если третье лезвие бреет еще чище, то зачем нужны первые два?

88. Русские называют доpогой то место, где собиpаются пpоехать.

89. Каждый, кто часто пользуется туалетной бумагой, должен посадить хотя бы одно дерево.

90. Человеку любой эпохи интересно: «А сколько Иуда получил на наши деньги?»

91. Если Вас уже третий рабочий день подряд клонит в сон, значит сегодня среда.

kontra, 4.02.2007 — 18:02

Ø Невозможно уберечь себя от мыслей, которые противны Богу. Но если ты знаешь, как сказать нет искушению, они не причинят тебе никакого вреда.
Ø Господь ставит проблему, Он также дает и решение.
Ø Если мы просматриваем только запись наших поражений, мы становимся парализованными. Если мы наблюдаем только запись наших успехов, мы начинаем думать, что мы мудрее, чем есть на самом деле. ‘Нам нужны обе этих ленты.
Ø Отрицательные желания не могут вызвать никакого зла, если ты не позволишь им соблазнить тебя.
Ø Бог живет в тех местах, которые позволяют Ему там находиться.
Ø Невозможно искать Бога, если ум озабочен поиском.
Ø Очень важно в жизни не торговаться, когда есть возможность.
Ø Мы позволяем голосу нашего ангела обнаружить себя через слова других.
Ø Решения Бога загадочны, но они всегда в твою пользу.
Ø Думай тщательно о том, что ты собираешься сделать сегодня. И завтра. И со своей оставшейся жизнью.
Ø Не имеет значения, что думают другие — поскольку они в любом случае что-нибудь подумают.
Ø Тех, кто вступает на новое направление и хочет сохранить немного старой жизни, их собственное прошлое разрывает на части.
Ø Принимайте благословения, работайте и создавайте свои незначительные произведения искусства уже сегодня. Завтра Вы получите другие.
Ø Где сила может только разрушить, мягкость может изваять.
Ø Из страха уменьшиться мы не растем. Из страха заплакать мы не смеемся.
Ø То, что мы вместе для одной цели, позволяет человеку расти своим собственным образом.
Ø Часто мы можем позволить себе пропустить свое время. Но есть случаи, когда мы должны закатать рукава и решать ситуацию. В таких случаях нет ничего хуже, чем задержка.
Ø Каждый человек достигает Бога своим собственным способом: некоторые с уверенностью, некоторые с отрицанием, а некоторые с сомнением.
Ø Слезы очищают вашу душу.
Ø Не критикуй сам себя, если — изредка — ты потратишь свое время на пустяки. Эти небольшие удовольствия, которые стимулируют нас.
Ø Не позволяй себе быть парализованным самокритикой. Бог будет с тобой в твоих бессонных ночах и протрет твои слезы своей любовью. Бог с храбрыми.
Ø Есть определенные вещи в наших жизнях, которые несут печать, говорящую: ‘Ты оценишь мое значение только после того, как потеряешь меня. и вернешь меня обратно’. Нехорошо пытаться сократить путь.
Ø Сердце человека, который умеет прощать, чисто и благоуханно.
Ø Кто-нибудь, кто испытывал страх — и, несмотря на него, действовал, не позволяя ему запугать себя — доказывает свою храбрость. Но кто-нибудь, кто в трудной ситуации не считался с опасностью, доказывает только свою безответственность.
Ø Если мы будем слишком заинтересованы в придании жизни смысла, то помешаем природе действовать, и будем не в состоянии прочитать знаки Бога.
Ø Счастье одного человека не означает, что другие должны быть несчастны.
Ø Для обретения свободы достаточно простого храброго действия.
Ø Бог никогда не войдет в твою голову. Дверь, которую Он использует, это твое сердце.
Ø Только любовь позволяет нам сбежать. Только любовь превращает рабство в свободу. Если мы не можем полюбить, то лучше остановиться.
Ø Тренируйтесь достаточно, но не совершайте наихудшей ошибки: полагая, что вы знаете, какой удар собирается нанести вам противник.
Ø Любовь никогда никого не удерживала от реализации своей мечты.
Ø Духовный поиск превыше всего, это вызов. Кто прикрывается им для того, чтобы уйти от своих проблем, тот не продвинется очень далеко. Победите сами себя, какими вы стоите перед лицом мира.
Ø Бойтесь только нескольких вещей и сконцентрируйте весь ваш страх на них — так вы сможете быть храбрым при встрече с важными делами.
Ø Наши попытки оставаться независимыми лишают других возможности показывать нам свою любовь. Любовь ни отдает, ни получает — это происходит одновременно.
Ø Раны излечиваются: от них остаются шрамы, и это воодушевляет. Эти шрамы с нами до конца наших дней и оказывают нам большую помощь. Если в какой-либо ситуации — независимо от того, по какой причине — наше желание возвратиться в прошлое усиливается, мы просто должны взглянуть на эти шрамы.
Ø Твое беспокойство за себя превратило во зло тот единственный хороший поступок, который ты когда-либо сделал.
Ø Перекресток является святым местом. Там, где пересекаются дороги, сконцентрированы две большие силы — путь, который будет выбран, и путь, который нужно проигнорировать. Как только выбор сделан, он должен идти, не думая о пути, который он отверг. В противном случае перекресток станет проклятием.
Ø Истина это то, что делает нас свободными.
Ø Мудрым может считаться тот человек, который способен оставить ситуацию, если увидит, что вынужден так сделать.
Ø Предметы имеют свою собственную энергию. Когда они не используются, они превращаются в стоячую воду в доме — хорошее место для гнили и комаров. Вы должны быть внимательными и позволять энергии течь свободно. Если вы храните то, что старо, то у нового не будет места, где оно могло бы обнаружить себя.
Ø Не судите других из-за их убеждений. Мы не можем осуждать мечты других. Чтобы идти с верой по своему собственному пути, незачем доказывать, что путь другого ошибочен. Тот, кто делает только то, что получается, не верит в свои собственные силы.
Ø Относиться к смерти как к консультанту. Всегда спрашивайте: ‘Что я собираюсь сделать до того, как умру?’.
Ø Вместо того чтобы проклинать место, где ты упал, ты должен попытаться обнаружить то, что вообще заставило тебя упасть.
Ø Когда человек чувствует, что его душа недовольна, он не может просить совета. Самостоятельное принятие решений необходимо для твоего дальнейшего продвижения по жизни.
Ø Когда мы следуем за нашими мечтами, мы можем произвести на других впечатление, что мы несчастны и неудачливы. Но не важно, что думают другие. Важна радость в нашем сердце.
Ø Если Вы хотите узнать еще что-нибудь, спросите свое сердце. Оно даст Вам ответ.
Ø Лучший тот, кто похож на скалу. Не вынимая меч из ножен, он демонстрирует, что никто не сможет его победить.
Ø Есть произведение искусства, которое каждый из нас предназначен создать. Это центральная точка нашей жизни, и — как бы мы ни пытались себя обмануть — мы знаем, как это важно для нашего счастья. Обычно это произведение искусства покрыто годами страха, вины и нерешительности. Но если мы решим удалить все лишнее, если мы не сомневаемся в своих способностях, то мы далеко продвинемся в решении задачи, которая является нашей судьбой. Это единственный путь ж ить с честью.
Ø Мы все нуждаемся в любви. Любить — часть человеческой природы, так же как и есть, пить и спать. Иногда, когда мы остаемся совершенно одни, наблюдая красивый закат солнца, мы думаем: ‘Эта красота не важна, поскольку мне не с кем разделить ее’. В такие моменты мы должны спросить: как часто нас просят полюбить, а мы отворачиваемся? Сколько раз мы боялись сблизиться с кем-нибудь и без сомнения сказать, что мы любим этого человека? Берегитесь одиночества. Оно подобно зависимости от самого опасного наркотика. Если закат солнца больше не имеет для вас смысла, станьте скромнее и отправляйтесь на поиски любви. Знайте, что — как и другие духовные благословения — чем больше вы хотите дать, тем больше вы получите обратно.
Ø На нашем духовном пути мы не должны искать видений или верить утверждениям, которые мы слышим от других на том же пути. Мы должны опираться только на собственную веру, поскольку она чиста, прозрачна и родилась она в нас самих. Она не может запутать нас.
Ø Когда мы кого-нибудь прощаем, мы также прощаем и самих себя. Если мы терпимы к другим, то можем легче принимать свои собственные ошибки. Таким образом, без вины или мучений, мы способны улучшить свое отношение к жизни.
Ø Вам только надо возложить все ваше беспокойство, страхи и разочарования на невидимое существо, стоящее по вашу левую сторону. Оно функционирует как ‘негодяй’ в вашей жизни, предлагающий действия, неприемлемые для вас — но которые вы иногда совершаете. Как только этот персонаж будет создан, становится намного легче отвергать его советы.
Ø Если мы способны любить, то и нас могут полюбить. Это только вопрос времени.
Ø Если вещи не идут хорошо, есть только два объяснения: или проверяется ваша настойчивость, или вам нужно изменить направление. Для того чтобы обнаружить, какое из этих объяснений правильно — тем более что они противоположны — используйте тишину и молитву. Постепенно вещи станут удивительно чистыми, пока у вас не будет достаточно силы, чтобы выбрать. Как только вы примете решение, полностью забудьте про другую возможность. И идите вперед, поскольку Бог является Богом храбрых. Все всегда оказывается хорошо. Если события не идут хорошо, это потому, что вы еще не дошли до конца.
Ø Уважайте свой собственный темп, которым вы способны пройти дорогу целиком.
Ø Язык знаков открыт для нас, чтобы научить нас, как действовать наилучшим образом. Но очень часто мы пытаемся исказить эти знаки, чтобы они ‘согласились’ с тем, что мы хотим сделать в первую очередь.
Ø Когда дерево перегружено плодом, его ветки прогибаются до самой земли. Истинно мудр тот, кто скромен. Когда дерево не несет никакого плода, его ветки высокомерны и надменны. Глупый человек всегда верит, что он лучше, чем другие.
Ø Иногда мы боимся приносить пользу. Наше чувство вины всегда пытается сказать нам, что — когда мы совершаем великодушный поступок — мы просто пытаемся произвести на других впечатление. Нам трудно принять, что мы добры от природы. Мы маскируем наши хорошие действия иронией и безразличием, как будто жизнь — синоним слабости.
Ø Мы должны оказывать внимание вещам, которые раньше делали автоматически — такие как дыхание, мигание глаз, а также обращать внимание на вещи вокруг нас. Когда мы это делаем, то позволяем мозгу работать с большей свободой — без столкновения с нашими желаниями. Некоторые проблемы, которые казались нам неразрешимыми, успешно решаются, и некоторые болезни, о которых мы думали, что они никогда не пройдут, исчезают без следа.
Ø Все дороги ведут к одному и тому же месту. Но дорогу выбираете вы сами и идете по ней до конца. Не пытайтесь идти по всем дорогам.
Ø Записывай! Независимо от того, что это — письмо, дневник или просто некоторые заметки, которые ты делаешь, когда говоришь по телефону — записывай! При письме мы становимся ближе к Богу и окружающим. Если ты хотите лучше понять свою роль в мире, записывай. Попытайся поместить свою душу в строчки, даже если их никто не прочитает — или хуже, если кто-нибудь прочитает то, что ты не хотел, что бы было прочитано. Простое письмо помогает нам организовать свои мысли и видеть более ясно, что нас окружает. Бумага и ручка творят чудеса — они облегчают боль, делают мечты осуществимыми и вызывают потерянную надежду. Слово имеет силу.
Ø Если в твоем сердце есть духовные сокровища, примени их прямо сейчас. Или они исчезнут.
Ø Очень просто причинить боль тому, кого ты знаешь.
Ø Любовь существует всегда. Даже тогда, когда мы остро чувствуем свою бесполезность, мы все еще можем полюбить — не ожидая вознаграждения, перемен или благодарности. Если мы полюбим, энергия любви начнет изменять Вселенную вокруг нас. Когда появляется эта энергия, она всегда делает свое дело.
Ø Не делайте другим того, чего не хотели бы, чтобы они сделали с вами.
Ø Слово может уничтожить, не оставив после себя ни следа. Думайте каждый раз, когда вы хотите использовать слово как оружие. Обращайте внимание на тех, кто использует это оружие против вас. И помешайте им продолжить.
Ø Ваша маленькая шутка может быть той каплей, которая переполнит бокал страдания.
Ø Смелость в прохождении пути позволяет пути показать себя.
Ø Тот, кто не будет совмещать работу с отдыхом, потеряет свой энтузиазм, и не сможет идти дальше.
Ø Вера бывает без молитвы. Но никакая молитва не может быть без веры.

Пауло Коэльо ‘Мактуб’

anGel21, 22.03.2007 — 16:49

kontra, 31.03.2007 — 22:32

Кто честно относится к людям, тот все еще скупится своей вежливостью. Ф.Ницше

Каждый человек имеет право на собственное мнение — при условии, что оно совпадает с нашим. Б.Шоу

Бонусы за открытие торгового счета тут:
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Инструкция как начать торговать бинарными опционами в плюс
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: